К чаю. Если вы уже проснулись. Если вы проснулись в собственной постели, не в тюрьме и не в больничной палате перед операцией с неочевидным концом, не в чужом будуаре с наручниками на руках, то громко крикните «Спасибо». Пусть вас услышат дети, жена и домашние животные и не важно, что ваш […]

Неспящим. Я — Клара, я выжрала водки и съела кастрюлю фаршированных перцев, я заедала крах. Ты не пришёл, Поляков, ты — старая свинья в цыпках на бёдрах и в натоптышах. Ты отзвонил и сослался на свою Ларису, у которой давление. Я двенадцать лет хожу вокруг и около тебя, я отказала […]

По дороге в бейт авот. (места в Израиле для пожилых, не способных себя содержать). Пока я здесь, я изучаю окрестности. Я уже был в неонатальном центре, больше по размеру Новосибирского театра оперы и балета, там люди рожают в человеческих условиях и множат народ Израиля. А через дорогу от клиники находится […]

Валерий Зеленогорский: Праздничное. Первый снежок скрипит под протезом старика Лиходеича, тихо в Окунёвке, только триколор трепещет на доме главы муниципального образования, это естественно, его страна, его праздник. Старик Лиходеич смотри в окно и думает, вот всего 400 с нехуем лет прошло, а единства что-то не наблюдается, где оно это единство, […]

Валерий Зеленогорский: Мой Израиль. Мое потрясение. Встретил в очереди к анестезиологу знакомого депутата из Москвы, он ещё недавно рвал жопу в эфире, что уровень нашей медицины соответствует мировому уровню США и Европы. Сам приехал по программе медтуризма с любовницей и переводчицей. Переводчица мне показалась пожарче и поярче. Я сказал ему: […]

Валерий Зеленогорский: ПИСЬМО БРАТУ без номера. Привет, Коля! Я устал, я ухожу. Шифруюсь пока в Доминикане, а потом, наверно, в Серебрянку уеду, буду, как князь Меньшиков в Берёзове доживать в опале, не нужен я стал, папа хочет свежей крови, плоды наших побед будут принадлежать мародёрам. Мы — старая гвардия партии […]