«Я знала наверняка – бриллиант! Крупный…»

2227

Было дело — купила комод. Антикварный. На аукционе. Билась за него не на жизнь , а на смерть с одной бабой, которой нужен был конкретно он, именно он, только он , ко всей ее остальной мебели гамбсовской работы . Решила, что не уступлю этой генеральше Поповой ни пяди земли. Мне тоже понравилось и захотелось. А когда я очень чего-то хочу, то сдвигаю горы и поворачиваю вспять реки.

В общем , я победила . А баба расстроилась, что, конечно, усилило триумф . Дело известное, сучья дамская сущность. Я и отрицать не стану.
Припёрли комод домой. Он был пузат, изогнут и так и сяк, шикарного шоколадного цвета. Не с блестящим румянцем, а интеллигентно потускневший от времени. И ничего золотого с висюльками.

Я не люблю, когда смотрится богато. Значит – cheap, дешёвка, подделка. Тут всё было правильно и на месте. Встал как влитой.

И вдруг выяснилось, что один из комодных ящиков не закрывается до конца. Ну, то есть не упирается, как ему положено, в заднюю стенку. Что-то такое там мешает. Подлезть, проверить, пощупать, устранить невозможно, сколько ни пытались. Конструкция нестандартная, индпошив , а не ширпотреб.

Я делала моему комоду пальпацию и перкуссию – бесполезно. Ящик упирался, помеха оставалась неразгаданной. Образовалась тайна. Она завладела всеми членами семьи.

Мама томно намекала на тайник для любовных писем. Папа игнорировал душевные томления и выдвигал гипотезу случайно завалившейся антикварной книжки. Какого-нибудь неформатного раритета. Ну, к примеру, первого издания Шекспира с автографом, переплёт — кожа с сафьяном, на титуле экслибрис, бумага рисовая, гравюры . Мысленно он уже поставил её на полку.

Сын смело предполагал чудом сохранившийся план старинного замка, пусть, к примеру, это будет Вэрвик Кэстл . С обозначением всех мест , где зарыты клады. Надо только пробраться и взять !

Я знала наверняка – бриллиант. Крупный. Старинной огранки «роза». Каратов двадцать. Ну, пятнадцать. Ну, пусть хоть пять, что ли…
Через пару недель мы все практически срослись со своей мечтой и даже как-то привыкли к мысли о том, что обладаем. Мама — любовными письмами, папа – раритетом, сын – кладом в глиняном горшке, я – каратами. Так и жили.
Потом был какой-то праздник, а может и не праздник, а просто повод выпить-закусить, и к нам пришел гость. Хороший человек , золотые руки. Он похвалил комод и подвигал ящички. И конечно заметил, что один из них не закрывается до конца. Ерунда, сказал гость, сейчас всё устраним.

Он достал какие-то отвёрточки, щипчики и прочую дребедень, которая обычно хранится в гараже, в старой металлической коробке из-под печенья .

Что-то ковырнул, крутанул, отогнул и вытащил… Рваный дамский чулок и пару старых квитанций из химчистки .
— Вуаля, сказал гость-золотые руки. -Теперь будет закрываться , как положено.
Вся семья смотрела на доброго волшебника с одинаковым выражением лица : караул ! ограбили!
Редко, когда я так разочаровывалась в жизни.
А всё почему ? А потому что нечего доверять семейные тайны посторонним людям !

© Евгения Лещинская