«Он точно был не один…»

1870

Олег Утицин:

Пообщался сейчас с опытным оперативником, попросил его прокомментировать керченский теракт без соплей. Вот такое интервью получилось:

Он: надо ждать результатов экспертизы, но мы о них не узнаем никогда

— Почему?

Он:  Самое главное — это, как взрывное устройство устроено… Ну и характер ранений, конечно… Только мы про это не узнаем…

— ПОЧЕМУ?

Он: Тайна следствия называется. Сейчас все будут молчать — и следователи, и эксперты, и оперативники, и свидетели…

— ПОЧЕМУ?

Он: Невыгодно никому. Одно явно — он был не один. Но я уверен, что это — не политическое дело. Оно было бы политическим, если кто-то кого-то хочет подвинуть наверху… А иак, подростковая версия — убийство ради убийства, для меня не «катит».  Есть же оперативные службы и в МВД и в ФСБ — они должны такие дела предотвращать заранее. Не предотвратили, получается…

— То есть, свой просёр они молчанием закрывают? Как девочек в инете ловить за экстремизм — сразу облава в восемьсот человек спецназа, а тут?..

Он: Я не в праве комментировать это. Но оперативники явно обосрались… Не знаю, как и над чем сейчас следствие работает, но главное — это, конечно, взрывные устройства — откуда компоненты. Даже если он был один, кто-то учил его как ВСУ  собирать правильно…

— В СМИ появилась информация, что в пионерском лагере «Артек» он прошёл такую подготовку…

Он: В пионерских лагерях учат сборке-разборке оружия, автомата Калашникова, например, диверсионной деятельности там не учат. А в Керчи взрывали со знанием дела. два устройства. Теракты делают для устрашения, и после терактов требуют чего-то. Здесь молчат все…

Это не политическое явно. В компьютерных группах надо искать тоже