О нужде в военной мощи казачества
17 октября, 2026 8:59 дп
Наталья Троянцева
Наталья Троянцева:
Карма имперской окраины
Всё-таки странно, что абсолютно очевидные вещи становятся таковыми лишь время спустя. За всю историю своего существования Украина всегда оставалась окраиной той или иной империи или Великого княжества. Единственной условной автономией на территории Украины можно было считать Запорожскую сечь, населявшую Дикое поле — до тех пор, пока это образование, пусть и формально подчинённое Польше, не перешло в состав России. Самоорганизация социальных изгоев и маргиналов оказалась подчинена обстоятельствам: пока то или иное государственное образование нуждалось в военной мощи казачества, игра шла по их правилам. Нужда отпадала — статус менялся.
Ментально и украинцы, и белорусы — имперцы, но имперцы окраины, где, как известно, гипертрофированы все проявления. И, рассуждая о национальном достоинстве, любой украинец подразумевает некую непреложность силы и влияния, которое даёт принадлежность к империи. Это вполне безотчётно выработано привычкой жить в империи и думать как имперец. Империя сильна своей многослойностью, сложностью и масштабом влияния в мире. Украина как часть СССР в силу геополитического положения имела довольно мощное влияние и в стране, и в мире — много выдающихся советских граждан родом с Украины, хотя большинство по национальности всё же русские. Именно это позволило ей после распада СССР быть автономно представленной в ООН.
Обретение независимости разбудило тот комплекс национальной неполноценности, который гнездился в недрах уже украинской, галицийской окраины. Обломок монархической Австро-Венгрии, собственно, недо-империи (50 с лишним лет не в счёт), вновь стал разыгрывать националистическую карту и как-то стремительно овладел умами. Ничего удивительного: имперский менталитет безотчётно требовал самореализации на новом уровне. Фантазия о могуществе вдруг оказалась поддержана соседями-европейцами. С одной существенной разницей: все эти доброхоты прошли оригинальный исторический путь и адекватно оценивали собственные возможности. Естественно, что влияние Англии и, допустим, Словении, несопоставимо. И если США стремится подчинить своему влиянию весь мир, это не означает, что они с кем бы то ни было играют на равных. СССР долгое время пытался играть на равных — но, как говорится, мне отмщение и аз воздам. После распада Советского Союза разыграть украинскую карту оказалось легче лёгкого: безосновательные амбиции вкупе с национальной гордыней малороссов сыграли свою коварную роль.
Тем временем Россия продолжала отрабатывать свой имперский статус. И это в общем естественно — будучи основой российской империи, страна продолжала эту инерцию мировосприятия. Империя уменьшилась до масштаба федерации, но принцип имперского управления в конечном счёте сохранился. Именно в «имперскости» обвинили украинцы в Россию — то есть в том, чего новоявленная свободная Украина достичь не имела возможности.
Теперешнее поведение украинского руководства наглядно свидетельствует о тщете всех и всяческих амбиций. Самое смешное, что я тут отследила политический опыт многочисленных украинских президентов. Среди них каким-то опытом политического управления обладал один Янукович, которого украинцы дружно и немилосердно изгнали. По-прежнему главной гордостью остаётся казацкая вольница. Ну и вероятная надежда на то, что новоявленные казаки кому-то где-то пригодятся в качестве воинской силы.
То, что президентом избрали КВН-щика Зеленского, уже тогда свидетельствовало о ментальном отчаянии — при мироощущении имперцев стать когда-нибудь украинской империей не было ни возможности, ни даже надежды. Готовность плясать под дудку могущественного покровителя и вывела на первый план яркую пешку. И сейчас это пешка пытается не просто на равных, а даже с оттенком некоего высокомерия разговаривать с президентом США, видимо, допуская возможность равенства в политическом масштабе. Внутренний имперец определяет манеру поведения и питает народные чаяния.
Естественным исходом этих наивных заблуждений мне представляется не быстрое, но прочное возвращение в родную постимперскую гавань. С — увы — куда более низким статусом. И даже если каким-то чудом и на какой-то период Украина станет ассоциированным членом Евросоюза — что вряд ли — итог неизбежен: сила солому ломит, особенно если сила соломы сама себя обессилила.
Наталья Троянцева
Наталья Троянцева:
Карма имперской окраины
Всё-таки странно, что абсолютно очевидные вещи становятся таковыми лишь время спустя. За всю историю своего существования Украина всегда оставалась окраиной той или иной империи или Великого княжества. Единственной условной автономией на территории Украины можно было считать Запорожскую сечь, населявшую Дикое поле — до тех пор, пока это образование, пусть и формально подчинённое Польше, не перешло в состав России. Самоорганизация социальных изгоев и маргиналов оказалась подчинена обстоятельствам: пока то или иное государственное образование нуждалось в военной мощи казачества, игра шла по их правилам. Нужда отпадала — статус менялся.
Ментально и украинцы, и белорусы — имперцы, но имперцы окраины, где, как известно, гипертрофированы все проявления. И, рассуждая о национальном достоинстве, любой украинец подразумевает некую непреложность силы и влияния, которое даёт принадлежность к империи. Это вполне безотчётно выработано привычкой жить в империи и думать как имперец. Империя сильна своей многослойностью, сложностью и масштабом влияния в мире. Украина как часть СССР в силу геополитического положения имела довольно мощное влияние и в стране, и в мире — много выдающихся советских граждан родом с Украины, хотя большинство по национальности всё же русские. Именно это позволило ей после распада СССР быть автономно представленной в ООН.
Обретение независимости разбудило тот комплекс национальной неполноценности, который гнездился в недрах уже украинской, галицийской окраины. Обломок монархической Австро-Венгрии, собственно, недо-империи (50 с лишним лет не в счёт), вновь стал разыгрывать националистическую карту и как-то стремительно овладел умами. Ничего удивительного: имперский менталитет безотчётно требовал самореализации на новом уровне. Фантазия о могуществе вдруг оказалась поддержана соседями-европейцами. С одной существенной разницей: все эти доброхоты прошли оригинальный исторический путь и адекватно оценивали собственные возможности. Естественно, что влияние Англии и, допустим, Словении, несопоставимо. И если США стремится подчинить своему влиянию весь мир, это не означает, что они с кем бы то ни было играют на равных. СССР долгое время пытался играть на равных — но, как говорится, мне отмщение и аз воздам. После распада Советского Союза разыграть украинскую карту оказалось легче лёгкого: безосновательные амбиции вкупе с национальной гордыней малороссов сыграли свою коварную роль.
Тем временем Россия продолжала отрабатывать свой имперский статус. И это в общем естественно — будучи основой российской империи, страна продолжала эту инерцию мировосприятия. Империя уменьшилась до масштаба федерации, но принцип имперского управления в конечном счёте сохранился. Именно в «имперскости» обвинили украинцы в Россию — то есть в том, чего новоявленная свободная Украина достичь не имела возможности.
Теперешнее поведение украинского руководства наглядно свидетельствует о тщете всех и всяческих амбиций. Самое смешное, что я тут отследила политический опыт многочисленных украинских президентов. Среди них каким-то опытом политического управления обладал один Янукович, которого украинцы дружно и немилосердно изгнали. По-прежнему главной гордостью остаётся казацкая вольница. Ну и вероятная надежда на то, что новоявленные казаки кому-то где-то пригодятся в качестве воинской силы.
То, что президентом избрали КВН-щика Зеленского, уже тогда свидетельствовало о ментальном отчаянии — при мироощущении имперцев стать когда-нибудь украинской империей не было ни возможности, ни даже надежды. Готовность плясать под дудку могущественного покровителя и вывела на первый план яркую пешку. И сейчас это пешка пытается не просто на равных, а даже с оттенком некоего высокомерия разговаривать с президентом США, видимо, допуская возможность равенства в политическом масштабе. Внутренний имперец определяет манеру поведения и питает народные чаяния.
Естественным исходом этих наивных заблуждений мне представляется не быстрое, но прочное возвращение в родную постимперскую гавань. С — увы — куда более низким статусом. И даже если каким-то чудом и на какой-то период Украина станет ассоциированным членом Евросоюза — что вряд ли — итог неизбежен: сила солому ломит, особенно если сила соломы сама себя обессилила.