«Мне только спросить…»
17 октября, 2026 8:44 дп
Мэйдэй
Дмитрий Зотиков:
Что будет после окончания войны. Моя версия в рассказе
Справка
— Извините, можно мне только спросить?
Седовласый мужчина попытался без очереди пройти в кабинет с табличкой «Выдача справок борцам с путинским режимом».
— Тут все только спросить, — преградила дорогу к кабинету женщина в бело-синем платье.
— Мне срочно нужна справка для получения льготы по коммуналке, — пробормотал мужчина, понимая, что женщину ему обойти не удастся.
— Всем нужна такая справка, — хладнокровно ответила женщина. — За мной будете.
Мужчина присел на стул.
— Я все пять лет войны боролся. И вот теперь вынужден это доказывать.
— А кем тогда работали? — поинтересовалась женщина, присаживаясь на соседний стул.
— Заместителем министра транспорта.
— Поезда под откос пускали? — ехидно спросила женщина.
— Как мог останавливал отправку на запад воинских эшелонов, в душе презирая Путина и всю его банду.
— Тут все в душе презирали, — сказала женщина. — Сейчас найти того, кто поддерживал, практически невозможно.
Мужчина тяжело вздохнул.
— Я как увидел по телевизору стоящую на коленях и кающуюся Симоньян, сразу подумал: «Вот и настал на нашей улице праздник». А вы, извиняюсь, кем были в то смутное время?
— Оперной певицей, — ответила женщина. — В текст арий на итальянском обязательно вставляла: «Путин — …»
Как мне тогда аплодировали! К сожалению, ни одной записи не сохранилось.
В этот момент дверь в кабинет открылась, и оттуда вышел, пошатываясь, высокий мужчина в строгой черной водолазке.
— Опять вошел не в ту дверь, — пробормотал он и пошел прочь по коридору.
— Допелся Филя, — язвительно сказала женщина. — Всем показывает татуировку под мышкой: «Слава Украине». Типа всю войну ее носил.
— Врет, — убежденно сказал седовласый мужчина. — Сейчас все врут. И этот, и Лепс, и Шнур. Борцами себя изображают. Тьфу.
— А вы слышали про Медведева? — оживилась женщина. — Написал в Твиттере: «Я пью за процветание украинского братского народа».
— Дмитрию Анатольевичу только повод дай, — засмеялся мужчина. — Лицемер проклятый. Я бы его лично придушил за все прошлое. А кто сегодня из бывших релокантов прием ведет?
— Ведущая с «Дождя» Анна Монгайт.
— Ой, — испугался мужчина, — я тогда лучше в другой раз приду.
— Как хотите, — равнодушно ответила оперная певица и вдруг, набрав побольше воздуха в легкие, запела:
Rien n’y fait, menace ou prière.
L’un parle bien, l’autre se tait*.
Седовласый мужчина в испуге отшатнулся, подобрал упавшую на пол шляпу и пошел прочь по коридору.
Из арии «Кармен». «Ничто не действует: ни угроза, ни мольба. Один красиво говорит. Другой молчит».
Дмитрий Зотиков
Мэйдэй
Дмитрий Зотиков:
Что будет после окончания войны. Моя версия в рассказе
Справка
— Извините, можно мне только спросить?
Седовласый мужчина попытался без очереди пройти в кабинет с табличкой «Выдача справок борцам с путинским режимом».
— Тут все только спросить, — преградила дорогу к кабинету женщина в бело-синем платье.
— Мне срочно нужна справка для получения льготы по коммуналке, — пробормотал мужчина, понимая, что женщину ему обойти не удастся.
— Всем нужна такая справка, — хладнокровно ответила женщина. — За мной будете.
Мужчина присел на стул.
— Я все пять лет войны боролся. И вот теперь вынужден это доказывать.
— А кем тогда работали? — поинтересовалась женщина, присаживаясь на соседний стул.
— Заместителем министра транспорта.
— Поезда под откос пускали? — ехидно спросила женщина.
— Как мог останавливал отправку на запад воинских эшелонов, в душе презирая Путина и всю его банду.
— Тут все в душе презирали, — сказала женщина. — Сейчас найти того, кто поддерживал, практически невозможно.
Мужчина тяжело вздохнул.
— Я как увидел по телевизору стоящую на коленях и кающуюся Симоньян, сразу подумал: «Вот и настал на нашей улице праздник». А вы, извиняюсь, кем были в то смутное время?
— Оперной певицей, — ответила женщина. — В текст арий на итальянском обязательно вставляла: «Путин — …»
Как мне тогда аплодировали! К сожалению, ни одной записи не сохранилось.
В этот момент дверь в кабинет открылась, и оттуда вышел, пошатываясь, высокий мужчина в строгой черной водолазке.
— Опять вошел не в ту дверь, — пробормотал он и пошел прочь по коридору.
— Допелся Филя, — язвительно сказала женщина. — Всем показывает татуировку под мышкой: «Слава Украине». Типа всю войну ее носил.
— Врет, — убежденно сказал седовласый мужчина. — Сейчас все врут. И этот, и Лепс, и Шнур. Борцами себя изображают. Тьфу.
— А вы слышали про Медведева? — оживилась женщина. — Написал в Твиттере: «Я пью за процветание украинского братского народа».
— Дмитрию Анатольевичу только повод дай, — засмеялся мужчина. — Лицемер проклятый. Я бы его лично придушил за все прошлое. А кто сегодня из бывших релокантов прием ведет?
— Ведущая с «Дождя» Анна Монгайт.
— Ой, — испугался мужчина, — я тогда лучше в другой раз приду.
— Как хотите, — равнодушно ответила оперная певица и вдруг, набрав побольше воздуха в легкие, запела:
Rien n’y fait, menace ou prière.
L’un parle bien, l’autre se tait*.
Седовласый мужчина в испуге отшатнулся, подобрал упавшую на пол шляпу и пошел прочь по коридору.
Из арии «Кармен». «Ничто не действует: ни угроза, ни мольба. Один красиво говорит. Другой молчит».
Дмитрий Зотиков