Когда страна переодевается родиной и говорит: «Умри за меня, сынок…»

1818

Памятник Калашникову…
Тут ведь вот какое дело, не стоит вопрос с эстетической точки зрения: красивых памятников налепили или уродливых, споры архитектурного толка всегда- сотрясение воздуха и вкусовщина, «Я — художник, я так вижу, и абзац.»

В другом тут дело, раз за разом Россия из пыльного чулана достает в качестве маркеров памяти только вещи, символизирующие смерть и разрушение, больше ничего, всё, во что вкладываются миллиарды, десятки миллиардов пропагандистских долларов это война и смерть, включаешь телевизор — визги про войны со всех центральных каналов с утра до полуночи.

Во что вливаются немыслимые финансовые потоки?

Наука? Нет. Медицина? Нет. Помощь нуждающимся больным детям и старикам? Нет.

В фаворе только помпезные, фантастически дорогие парады войны, восхваление орудия убийства, бесконечные воспевания людей, которые изобрели орудие смерти, софисты, бубнящие, что это делалось для защиты, со своей детской аргументацией могут сразу идти в сад и тренировать логику там.

Нет помпезно открывающихся памятников выдающимся умам, совершившим прорыв в науке, на черта они? Другое дело Сталину облобызать бюст или Ване Грозному, какому-нибудь красному солнышку, утопившему в кровище свой народ.

Никаких случайностей тут нет. Человеческие нейронные сети воспринимают символизм крайне занятно. Памятник это символ, выражение тенденции, когда страна переодевается родиной и говорит:»Умри за меня, сынок.», начинается игра в патриотизм и в гнилую пасть машины войны швыряется все, что попадется под руку.

Я всё время вспоминаю слова гениального Филатова, которые я услышала лет в двенадцать:
Ах, сколько на земле людишек подлых…
Такие уж настали времена.
Вы подлость преподносите, как подвиг,
И просите за это ордена…

Предводитель:
Позвольте вам заметить с укоризной —
И поскорей возьмите это в толк! —
Мы выполняем долг перед Отчизной,
Священный перед Родиною долг!

Лизистрата задумчиво:
Пред Родиной, конечно, неудобно…
Долги, конечно, надо отдавать…
Но почему она – в уплату долга —
С вас требует кого-то убивать?
И коль у вас пред ней долги такие,
Что даже жизнь – в уплату их – пустяк,
То хочется спросить вас, дорогие,
Зачем же вы одалживались так?
Коль Родина удар наносит сзади,
Да так, что аж в глазах потом круги,
То лучше, дорогие, не влезайте
Вы к этой страшной Родине в долги!

Вы, хлопающие таким вещам, или молчаливо делающие вид, что не замечаете, как здесь кормят будущим ваших детей эгрегор злобы и ярости, обречены на уничтожение, вы подписали соглашение, и вы не будете иметь право на жалость. Своими принципами невмешательства и стоянием за занавесочкой вы вырыли себе котлован..