«Эта тема не только Холокоста и нацизма, мы все отчасти фашисты…»

2302

…какой был хороший день сегодня- хотя я опаздывала, нервничала и пр — было довольно много людей, почти полный зал, человек сто, хотя фильм далеко не «эротический триллер» (триллер, но не эротический — говорит мама), документальный, о Холокосте, и людям всё это терпеть, сами понимаете.

Я очень нервничала — и напрасно: многие плакали (я опять всплакнула, хотя смотрю в пятый раз, плюс отрывками смотрела на монтаже, плюс видела сто раз весь материал): но, помимо нервов и пр. премьерного мандража, ещё кое что поняла, смотря в пятый раз.
Это реально не должно повториться: хотя такая мантра советскую напоминает.

Говорят, но ничего не чувствуют, Скажут — не должно, а потом кричат — «Можем повторить».

ЧТО повторить?
Горы трупов? 60 млн погибших?
Говорят ещё: фашизм типа не пройдет и — фашиствуют.
Я смотрела и думала — вечное повторение, вечное, как говорил Ницше, возвращение.

Маше Рольникайте было 87 лет когда я приехала к ней на интервью (сентябрь 2014 года).

И она — клянусь — сказала, что возмущена захватом Крыма.

Этого, может, нет на пленке, но я не вру (поищу).
Она, то есть, не была погружена только в свою боль, голова её была ясной, яснее некуда: она понимала, может, подспудно, что человечество в принципе катастрофично.

Вы вдумайтесь вот в это — что типа поэзия невозможна после Освенцима: это не чушь, это глубоко: мы не можем больше жить по-старому, переживя ХХ век.

Но — продолжение следует. Вечное возвращение.
Я завтра напишу о бытовом фашизме — как человек превращается в фашиста, причем на примере начальников над ..официантами.

Эта тема не только Холокоста и нацизма, мы все отчасти фашисты.

Месседж Маши — об этом, хотя она просто рассказывает последовательно что с ними вытворяли.
Как сказал замечательный Daumantas Todesas, сопродюсер с литовской стороны нашего фильма: главное что она осталась чистой, не озлобилась, не стала фурией мщения.
Вот что на самом деле главное.