Записки вятского лоха. Август, 2018

372

Хэллоу, Долли!

Тут начался сетевой кипиш с неоправданными арестами, изъятиями, отъёмами… Желаю, конечно, пострадавшим удачно выкарабкаться из беды. Что, увы, становится всё сложней — по причине квалификации приговора как «просто так надо, и всё»: да, возникла некая новиопная (по Галковскому) норма. И это действительно беда.

Я же, как всегда, о своём…

Вспомнилось, однажды в начале 90-х ко мне пришли с обыском. [Золотая всероссийская лихорадка же, все чего-то ищут!] Ну, порылись как положено, составили, как положено, протокол. В том числе на шикарнейшую коллекцию видео-музыки. С оригинальными, привезёнными «оттуда» концертами навроде «Hello Dolly!» Барбары Стрейнзанд, «Пинков», «Джексона», джаз-рок, фанк, новые течения etc.«50 видео-кассет» — написал следак в куцей бумаге. Увезли всё это, — вместе со мной, естественно, — в УБОП.

Разговаривали жёстко, до угроз, но не били. Рядом в кабинете допрашивали моего товарища — немного иначе: пили водку, смеялись, чесали смешные приколы. (Мы с ментами друг друга прекрасно знали.)

Это делалось для того, чтобы чел под кайфом (могли вдобавок «сыпануть» для разговора в стакан) чего-нибудь сболтнул. Его потом бац! — на «очную ставку» — попробуй открутись. Ну, и так далее. Приёмов множество, не суть…

А суть в том, что через пару-тройку дней я пришёл, как положено, забирать изъятые дома вещи.

Опер встретил меня чуть ли не с объятиями. Сказал, что произошла ошибочка, взяли не того, труп в багажнике «не мой», вот ваши причиндалы, всё запаковано в коробочку, перевязано, простите великодушно, залетайте на чаёк, всегда рады, всего хорошего, мы торопимся, до свидания!

Пришёл домой. Открыл «нажитое». А там, о господи…

Мои редчайшие фирменные концерты заменены на: ужасную немецкую порнуху одна другой хуже, старинные фильмы 80-х со Шварцем-Ван-Даммом-Аль-Капоне-де-Ниро, всяческие «мальчишники», «звёздные войны». В общем, чуваки в погонах обновили свои коллекции по полной. Ни о каком «возврате», никаких предъявах, знамо, не было речи: «Скажи спасибо, что без синяков остался!» — ответ известен.

К счастью, эпоха видео шла к концу. И вовсю уже стали появляться CD, пиратские разумеется. Таким образом — вся музыка вскоре вернулась обратно — в «цифре».

Тем не менее, «Хэллоу, Долли!» я ментам простить не могу до сих пор. И кстати, раритетные качественные студийные(!) «видюхи» стали стоить денег. Сродни тому, как возвращается винил.

Референдум

Вопрос на пенсионный референдум (копия отправлена в Правительство РФ): «Так ли точно вы понимаете ненужность повышения возраста дожития, учитывая всеобщее нежелание работать до того момента, когда правительство вам точно разрешит не работать, и практически почти точно — позволит продолжить трудовой стаж, но уже исключительно по собственному желанию или нежеланию оного?» Варианты ответов: «Да»-«Нет», «Точно»-«Неточно», «Воры»-«Дураки», «Поддерживаю»-«Пшлинах», «Уеду»-«Остаюсь».

Гипотеза Тегмарка

Параллельные миры, конечно же, существуют. Я, кстати, был в одном из них. [Или там нахожусь, не знаю…] И кстати, это не совсем то, чего бы я желал видеть, уж поверьте: они как минимум гуманоиды, но это мягко сказано…

Ведь по теории, в ответ — нам отправилось что-то обратно. И это «что-то» может быть вполне похожим на нас. Но в том-то и дело, что «это» может быть как абсолютным злом, так и с подоплёкой «добром». И эти строки пишет «оно» — то есть я, который «в подоплёке», в общем-то, не знает, чей он: их или наш. Или ваш.
Я просто советую — не пишите мне, не звоните, пока сам не разберусь с этим странным явлением. И да, мне нужен реальный(!) учёный-астрофизик, ведь я всего лишь писатель, — и могу не разобраться с происходящим. А это смерти подобно. Берегите себя! […я притащил оттуда своего Рекса, давно умершего. Но как это повлияет на современность, я не знаю.]

У нас ничего нету

— Дворцы не наши, часы подарены, — коротко резюмировал Песков.

— Виноградники в Тоскане принадлежат итальянской мафии, — бодро кивнула русой чёлкой М. Захарова.

Лавров хотел что-то добавить про единственную «Ниву» и прицеп «Скиф» во владении президента, но ему не дали слова:

— Спасибо за правду, — закончил кремлёвский пресс-эфир В. Соловьёв. Серьёзно-честным взглядом, похожим на рыбий, вперившись сквозь камеру в глаза народа.

Дорогие киноманы, или Не в коня овёс

Во время длительного полёта вынужденно пришлось посмотреть русско-китайский фильм «А зори здесь тихие» по Б. Васильеву. По его выходу в 2005-м разразилась мощная критика в адрес «Зорь». Поэтому на волне антивоенной пропаганды (опять вы про свою войну! типа подумайте о сегодняшних ветеранах-стариках), также криков на тему «ненастоящих» напомаженных девчонок-солдат картину тривиально пропустил, думая об очередной серийной «дешёвке» с раскрученными истеричными «интерншами» в главных ролях.

А фильма-то оказалась — клёвой, честной, за душу берущей. По-правильному патриотичной, по-правильному лиричной, не крикливой, не кичливой, ну, и т.д., в общем.

И да, немного зная «нашу чайну», ошиваясь там у них кряду несколько лет, да и дома плотно общаясь с русско-народными китаёзами-россиянами, представляю, какой фурор вызвала там эта лента. И каков очередной взрыв русофилии поднялся ей вслед. Что на уровне глобального мышления поважнее будет. Чем «узкий политицизм» (по С. Франку) надоевших доморощенных вопросов — о пенсиях-дорогах-дураках. Да и китайские миллиарды франшизных бабок — думается, не лишними оказались. Правда, не нам… Не в коня овёс, как говорится.

Так вот и живём. На госсредства информационно побеждая по внешним фронтам, на собственные же налоговые отчисления находясь в абсолютной ж**. Старой советской клизмой растянувшейся на десятилетия. В ожидании очередного киношедевра, героически прославляющего победу русского духа, несгибаемой силы воли, правды жизни и нашего с вами долготерпения, дорогие кономаны.

За Родину, за Сталина! (Основано на реальных событиях. Имена изменены.)

12 августа 2018 г. Город Сызрань. Судят блогера Сергеева за статус ВКонтакте:

«Дадим отпор душителям
всех пламенных идей.
Насильникам, грабителям,
мучителям людей!» —

якобы призывающий к экстремизму.

Прокурор просит 3 года колонии общего режима: дескать, обвиняемый пропагандирует призывы Навального, разжигает пламя Майдана, идеи «оранжевых» революций — насчёт дискредитации и свержения(!) не устраивающего существующего строя.

Встаёт подсудимый, отказавшийся от адвоката ввиду ну слишком явной свой правоты. Доходящей прямо-таки до смешного.

Говорит:

— Товарищ судья… Понимаете, это строчка из песни композитора Александрова «Вставай, страна огромная!» На стихи Лебедева-Кучача. Её самоотверженно пела вся наша держава во время Великой Отечественной войны. И в которой героически победил Советский Союз. Или вы не знаете этих слов?.. — хитро взглянув на стражей Фемиды. — Ежели так, то мне придётся написать об этом в своём блоге. Мол, российское правосудие, не ведающее своей истории, засело в Сызрани.

В зале захлопали:

— Молодец!

— За Родину!

— За Сталина!

— Судью на мыло!

Судья закашлялся, оторопело выпучив глаза.

И, скрывая неловкость, сказал:

— Да у меня два деда под Смоленском погибли… Конечно, я знаю эту мелодию. Товарищ прокурор… Вам слово. Думаю, тут всё ясно. (Начиная собирать портфельчик с документами домой.)

Прокурор встал:

— Да, уважаемый суд, тут действительно всё ясно. Прошу всех выйти из зала!!

Невеликая числом пресса и посетители недоумённо покинули помещение.

— Ув. суд, — продолжил обвинитель: — Здесь и вправду понятна логика. Человек, прикрывающийся подвигом наших отцов, считает, что можно вырывать фразы из контекста, используя их по собственному разумению в целях личного, притом крайне циничного обогащения… Пусть и нематериального порядка. Что ещё хуже.

— Что вы мелете! — вскричал подсудимый.

— Молчать, сукааа!!! заткнуть ему пасть! — приказал приставам прокурор. — Эта гнида утверждает, что его родственник воевал…

— Это я сказал, — удивлённо поправил судья, не понимая, к чему клонит коллега.

— Извините… — прокурор нервически ослабил галстук. — Виноват. Этот человек, — с дикой усмешкой кивнув в сторону подозреваемого, — хочет примазаться к памяти тех, кто стоически бился за его сучью свободу, за его сучью кровь и желания, сравнимые разве что с предательством зиновьевско-троцкистского клуба перебежчиков. Сравнимые разве что с изменой.

— Что вы несёте! — закричал ошарашенный невиданной ложью подозреваемый.

— Заткни пасть, мразь!!

— Прекратите это! — взъярился судья.

— Слушаюсь, — излишне вежливо поклонился прокурор. Встряхнув непокорной шевелюрой.

— Что вы предлагаете? — устало спросил судья.

— За явную измену родине — 10 лет строгого режима.

«Встать, суд идёт!..» — после некоторого перерыва, хоть в зале никого и не было.

Председательствующий:

— В виду нарушений статей таких-то таких-то… (длинное перечисление) объявить блогера Сергеева виновным в попытке измене родине и намерении переиначить исторические символы в откровенно нацистские призывы к свержению строя. И назначить ему наказание в виде… 5 лет лишения свободы. С отбыванием срока в лагере общего режима.

Бынц молоточком! Суд окончен.

И о ЧМ-2018…

Лайф:

— Как вы думаете, сборная Бразилии 1970 г. смогла бы победить сегодняшнюю Россию?

Пеле:

— Да.

— С каким счётом?

— 1-0.

— И всё?

— Ну, большинству из нас уже больше 75 лет.

Катавасия

Я беден, непопулярен и крайне нездоров, учитывая мой золотистый двухнедельный загар с южных морей. Ведь именно этот злополучный цвет так нелюбим китайцами, — являясь ярким символом «неудачливости», маркером некоего плебейства в их жизни. Поэтому они так обожают зонтики — не дай бог загореть лишка. Поэтому в Поднебесную поеду, конечно же, чисто белым. Чтобы казаться франтом-миллионером, с обязательным через плечо зонтиком. [Тем более что исторически это ещё и оружие самозащиты. Ну, как у татар обязательный невидимый нож на поясе.] Богатые «белые» китайцы — отдыхают в знойной Америке. «Загорелые» нищеброды — на благовещенском рынке. Пока же — побуду тут, в России, в роли китайского опустившегося маргинала — ведь здесь об этой «цветовой» катавасии знают только китаеведы. И я.

Песни нашего двора. Sunny

Тут интересная коллизия. Эра диско ещё не наступила, но песни уже вовсю гуляли, — пойманные предприимчивыми чуваками по радио ли, переписанные с привозного дипломатского винила, неважно.

В середине 1970-х тренер по боксу включал «пузырям», — как он нас называл, — «Санни». Для упражнения под названием «бой с тенью», — потому что бой это танец. Танец это жизнь. А жизнь — это смерть. В смысле того, что ты умер для общества как индивид, как личность, как гражданско-совковое лицо. Став коллективистской частью команды, ратующей за одно только святое дело — добыть победу во что бы то ни стало, даже ценою жизни (гипотетически). И это было счастьем.

Ведь у всех тогдашних детей имелась прямая подлинная возможность попасть как в олимпийский резерв, так и в высшую лигу абсолютно любого вида спорта, — был бы талант и желание. Но отвлеклись…

Советские танцы — это жесть. [Включая обязательные заключительные драки на армейских ремнях, разумеется.] Жесть в клеша̀х (именно так, с орф. ошибкой). Без клёшей ты — лох лохом. И пацаны расшивали злополучные штанины до бесконечности, пока вселенная положений не встретится с инопланетным разумом маскарадного сознания. И тут…

Ты приходишь такой весь на мазе, костюме и понтах в клубный зал, а там. Ёпана!! Коллизия однако.

Часть пацанов, ещё вчера бывших твоими першими «клёшными» братанами, — уничижительно трясутся под «Санни» (вот суки!) — в неимоверно уродливых, невозможных в принципе — брюках… дудочках! Прикинь, удоды, — откуда они взялись? В дудочках. Что за борзость, э-э… Где они вообще взяли эту невероятную мерзость?! — дудочки. Где выискали, где высмотрели. Ну, не суки ли?

На следующих танцах «зауженных» уродов уже — половина. На следующих — почти все. Окромя тебя, дурака. Хранящего древние тупо-замшелые «клёшевые» традиции. Долбаный ты неандерталец, ты элементарно отстал от тренда, дурак. Санни… Sunny, yesterday my life was filled with rain. Sunny, you smiled at me and really eased the pain.

Да вы что, ребята… Как отстал? Когда успел?

Чувак, ты слишком стар. Ты уже пэтэушник, прикинь. А тут мо̀лодёжь трётся, не тебе чета: восьми-десятиклассники, чувак: борцы, боксёры-штангисты, лыжники — не чета тебе. Просто отойди, дед, со своими смешными клеша̀ми — в сторону. Пшёлнах… И не смеши реальных людей. Так начиналась эра диско в СССР.

Конец 70-х… «Бони-М» в массовом порядке страна услышала только-только. Тем более вслед недавнему их приезду в Москву. Но ведь именно я, именно я знал и «танцевал» бой с тенью под «бони» уже 5 лет назад. Ставя-нарабатывая коронный хук с левой под звуки невиданной доселе группы: Sunny, thank you for the truth you let me see. Sunny, thank you for the facts from A to Z.

Куда делись мои кажущиеся такими незыблемыми (к тому же отнюдь не дешёвые) джинсовые клеша̀? Причём всё происходило настолько быстро, что мы не успели даже заметить, как диско-эра кончилась, уступив место электронным «зубодробильным» семпловым ритмам — уже на десятилетие.

Недоумевающая братва свои по-моряцки расшито-«старинные» клеша̀ суживала до невообразимых пределов. Предавая идею, смысл и тему собственно диско-эры. Отдаваясь во власть неведомых доселе непознанных F. R. David, всяческих «Сандр», «Фенси» и «Модернов».

Девчонки из «Бони-М», фантасмагорически откатав концерты по площадкам Варшавского договора и став космически популярными, потихоньку сползали в анахронизм вместе с преданными, — увы, не успевшими справиться с временным континуумом поклонниками. Коим не было и тридцати…

И так, периодически вздрагивая ремиксами, цветасто-приталенная пора чрезвычайной известности легендарной «Санни» потихоньку шла к концу… Навек оставив её на вершинах чартов диско-классики.

В свою очередь, моды на клёш и дудочки, следуя извечным (и закономерным) циклам, сменяют друг друга довольно-таки регулярно — правда, без дикого, не передаваемого словами ажиотажа, сопровождавшего любые бытовые, социально-поведенческие перипетии красной империи. Престарелые граждане которой в прострации от ныне происходящего в стране включают по вечерам Sunny. Закрыв глаза и тихо покачиваясь в такт.

Что грезится им?..