Алексей Курганов

«Обмылок», или Картинки с нашей выставки (миниатюра)

 Во дворе – крики: Валька Фуфайкина ругается с Дуськой Махоркиной, чтобы та не вертела ж.пой перед её, валькиным, мужиком, Витькой.

— Перед кем? – деланно удивляется Дуська. Упирает руки в бока и начинает демонстративно хохотать. – Перед твоим обмылком? Ой, держите меня восемь человек!

Валька сурово поджимает губы, цепенеет скулами и вцепляется ей в волосы. Дуська не теряется, вцепляется в валькины. Не  выпуская друг друга и нагнув головы, они начинают кружиться по двору в интересном, яростном танце, чем-то напоминающем испанскую корриду. Обоюдный крик стремительно набирает децибелы. Вообще, очень забавное зрелище. Стоит посмотреть.

«Обмылок» в это время ходит вкруг уличного стола, за которым мужики «забивают козла». Его в игру не допускают по причине полнейшей непригодности к этой замечательной игре. Взгляд у «обмылка» тосклив, и он от обиды на человеческое непонимание время от времени лезет корявыми пальцами в ноздри и выдёргивает оттуда волосы. Это яростное выдёргивание  символизирует его глубокий внутренний протест.

Из-за поворота появляется Манька Судейкина с полиэтиленовой сумкой в руке. Из сумки что-то подозрительно капает, но Манька то ли не замечает, то ли замечает, но не волнуется. А чего волноваться? Капает и капает. И хрен с ним ( с ней. С покупкой, то есть).

Она подходит к дерущимся, останавливается и с интересом наблюдает происходящее. Проходит минута, две… Наконец, то ли силы у сражающихся иссякают, то ли им просто надоедает.

— Чего уставилась? – рявкает пока что не остывшая от схватки Валька. Дуська в это время поправляет волосы. Вальке поправлять нечего. У неё короткая стрижка.

— В «тридцатый» залом завезли, — сообщает новость Манька и в подтверждение сказанного чуть приподнимает сумку. (Кто не знает: залом это селёдка. Жирная и вкусная. Самое оно.)

— Народу много? – спрашивает Дуська.

— Пока никого, — отвечает Манька.

Валька и Дуська отряхиваются, приводят себя, как они говорят, «в божеский вид», зовут «обмылка» и все втроём идут в «тридцатый». Надо торопиться, пока не разобрали. С отварной картошечкой «залом» — самое оно.