«Я так согласен, что не могу перестать кивать»

Сентябрь 14, 2019 9:55 дп

Евгений Шестаков

— Здравствуйте, мы русский театр из Калгари, Канада, хотим играть вашу пьесу, но заплатить не можем.

— Ой, хорошо. Я как раз обожрался устриц на серебряных тарелках, не говорите нам про деньги, меня вырвет устрицами, их планктоном, убирать некому, слуги ушли кататься на пони.

— У нас скромный самодеятельный театр, сами играем, сами продаем билеты по 40 долларов. Ой, простите.

— Но у меня правило. Мое имя на афише должно быть с обратной стороны мелким шрифтом. Зритель должен знать настоящих кудесников, осветителя и суфлера, а выпячивать автора, который накатал и умыл ручонки — это безблагородно.

— Внегуманно, да. Разумеется, так и сделаем, даже лучше, как вам такая афиша: постановка Хмелины Пстыго по мотивам инсценировки Бурьяна Кроткого воспоминаний Нутеллы Пстыго об отрывках утерянной пьесы трижды неизвестного автора.

— Ой, восторг. Я так согласен, что не могу перестать кивать. Чудесно. Попрошу конюха высечь меня сегодня. Праздник так праздник. Настоящий писатель должен быть гол, бос, лыс и пеш. С крестом на спине. Из двух огромных х*ёв. И одного небольшого. Люди-то ведь мы русские.

Loading...