Авторы:Александр Тэвдой-Бурмули, Андрей Шмаров.

«Александр Тэвдой-Бурмули

ВСЯ ЕВРОПА, ДАЖЕ С ЛУКАШЕНКО. НО БЕЗ НАС

Чтобы прояснить отношения между Россией и Восточным партнерством, нужно вернуться на 10 лет назад и вспомнить о Европейской политике соседства (ЕПС). Цель ЕПС, созданной Европейским союзом в 2003-2004 годах, было оформление т.н. «кольца друзей» по всему периметру европейских границ.

С одной стороны, это было связано с необходимостью парировать возникающие угрозы (например, нелегальную иммиграцию, наркотрафик и т.д.) на внешнем контуре ЕС. С другой – с вновь возникшей задачей выстроить политику в отношении европейских стран, не вошедших в ЕС после расширения 2004-07 годов.
Стратегия ЕПС предполагала подписание отдельного плана действий с каждой страной-соседом – плана, который бы учитывал как интересы ЕС в конкретном страновом случае, так и потребности данной страны. В первую очередь ЕС декларировал свою готовность финансировать проекты институциональной трансформации (скажем, модернизацию правоохранительной системы) и инфраструктурного развития (скажем, модернизацию транспортного и энергетического секторов).

Изначально Политика соседства предполагала и участие в ней России как одного из соседей ЕС. Однако Москва сразу обозначила свое нежелание участвовать в ЕПС. Во-первых, ей был некомфортен режим, в котором Россия занимала бы место, аналогичное по статусу, скажем, Молдове либо Алжиру. Во-вторых – и это гораздо важнее – Москва не желала быть объектом интеграционной политики Брюсселя. Уже тогда Россия мыслила себя одним из интеграционных центров Европы – и роль планеты, вращающейся вокруг брюссельского Солнца, ее никак не устраивала.

Европейская политика соседства в конце 2000- х гг. так же претерпела изменения. Повестка сотрудничества с восточноевропейскими соседями ЕС сильно отличалась от таковой со странами южного Средиземноморья. Это, а равно и амбиции некоторых стран-членов ЕС, привело к появлению двух отдельных форматов – Союза для Средиземноморья и Восточного партнерства. При этом в последнее вошли и ранее не входившие в ЕПС страны Закавказья (Грузия, Армения и Азербайджан).

Это обстоятельство, в сочетании с временем создания Восточного партнерства (сразу после грузино-осетинской войны), а равно и заявленными целями и инструментами сотрудничества ВП (создание зон свободной торговли с ЕС, интеграция национальных инфраструктурных комплексов в европейские и т.д.) усилили и без того имевшийся алармизм Москвы в отношении ВП.

Хотя Россия спорадически участвовала в программах ВП в качестве внешнего партнера, принципиальное неприятие этого формата Москвой сохранялось. К моменту выхода Украины и некоторых других стран ВП на траекторию подписания Соглашений об ассоциации с ЕС восприятие Москвой Восточного партнерства как угрозы для России стало доминирующим – что и повлекло известные события осени 2013 года в Киеве.

Андрей Шмаров

ВОСТОЧНОЕ ПАРТНЕРСТВО – ЭКОНОМИЧЕСКИЙ ТУПИК

Бывшие республики СССР, стремящиеся интегрироваться с ЕС, действуют правильно. Но вряд ли их туда скоро пустят, а Украину так вообще, скорее всего, никогда.

Дело в том, что если сейчас развивающиеся страны производят 25% мирового ВВП, то через 30 лет это будет уже 50%. Но далеко не все преуспеют: в маленьких суверенных экономиках слишком велики транзакционные издержки (или непроизводительные условно постоянные затраты на содержание государства и социальные нужды).

Поэтому для них жизненно важна интеграция с более крупными и продвинутыми экономиками. Даже огромный и динамичный Китай активно ассоциируется со Штатами, импортируя технологии, а теперь и со странами ЮВА.

Но вот насчет ЕС вопросы. Дело в том, что экономическая эффективность этого объединения не очевидна: слишком высока неоднородность, политические разногласия, приоритеты. Именно поэтому США уже вышли из кризиса, а Европа далеко нет.
Кого-то может быть и возьмут, например маленькую Молдавию, она погоды не сделает. А вот дальше не факт.

Вспомним, сколько лет Греция, чей ВВП составляет 1,5% от ЕС, умудряется держать за яйца и даже трясти этого гиганта? А теперь представим себе появление в объединенной Европе Украины с населением в 4 раза больше. И что? Абзац тогда Европе.

Более того, таковой абзац может случиться, если вдруг греки и украинцы солидарно не смогут платить по долгам. Просто не хочется думать, что случится с евро.

Поэтому, боюсь, что для Украины это точно тупик. И дефолт. А что там будет дальше – большой вопрос.

 

 

От редакции Мэйдэй: подписывайтесь на нас пожалуйста, это очень важно для нас:

Телеграм: t.me/mayday_rocks

Яндекс Дзен: zen.yandex.ru/mayday.rocks

Фэйсбук: facebook.com/mayday.now

Твиттер: twitter.com/MaydayRRRocks