Дэвид Линч волшебник нашего времени. Мне скоро 39. Я смотрю «Шоссе в никуда». Понимаю этот фильм совсем по-новому. Когда я первый раз услышал про него, точно не помню, но по меркам моей жизни это было очень давно. Я прочитал о «Шоссе в никуда» в каком-то журнале, автор статьи, рассуждая о фильме, оценивал свою жизнь и называл картину культовой для людей определенного возраста. Тогда я интересовался проявлениями искусства, и, естественно, захотел посмотреть фильм. Через какое-то время мне это удалось сделать. Я понял, почему фильм был назван культовым. Но как мне кажется сейчас, тогда от меня укрылось очень многое, о чем я мог только догадываться. Пересматривал «Шоссе» снова. Завеса тайны приоткрылась. Но понадобилось достаточно долгое время, чтобы осмыслить фильм. Может быть, когда я буду его пересматривать в 50 или в 60 лет, я замечу что-то еще, что укрывается от меня в предугадывании сегодня.

Все как будто завязано кольцами в этом мире. Я был когда-то хулиганом и вот вернулся в родную деревню после нескольких лет отсутствия. Подрастающие «отморозки» меня уже совсем не знают. А выгляжу я далеко не на свои года, а гораздо моложе. Крик в след: «Эй, Федор иди сюда!» заставляет с бешеной отчетливостью вспомнить драки начала 90 годов, когда район на район. В кровь вбрасывается адреналин, и срабатывают старые привычки. Сумка с ноутбуком летит на тротуар, а я поворачиваюсь лицом к людям, людям потому что я изменился и уже не могу думать, что они — уроды. Один из них подходит, но видимо не ожидал такого поворота событий и начинает разговаривать. Разговор с их точки зрения это достаточно сложное языковое творчество. «Ты че буксуешь? Боец?» Подтягиваются еще трое калибром поменьше, они пока выжидают. Я достаточно хорошо знаю их психологию. Если избить одного на глазах у всех, причем сделать это быстро, то остальные, скорее всего не станут ввязываться. Но возможен и другой поворот событий если все затянется несколько дольше, то появятся еще люди причем, возможно, много, и с таким количеством народа уже точно будет не справиться. Но потом ловлю себя на том, что у меня нет никакой злости к этому молодому парню, который стоит напротив меня и нагло ухмыляется мне в лицо. Я вспоминаю, каким я был в 19. Вот тут и приходит мысль о вечном возвращении. Я ему говорю: «Слушай, я родился здесь нам нечего с тобой делить».

-Что-то я здесь тебя раньше не видел.

— Конечно, я недавно вернулся обратно, несколько лет в Уйме не жил (Он видимо в шоке, люди обычно так себя не ведут).

— Ты гонишь.

-Я не гоню, просто мне уже 38 лет. А тебе сколько?

-Мне 19.

-Ну, вот видишь.

-Не, ты гонишь, не может быть…

Я напоминаю ему имена людей моего возраста, которые по моим расчетам должны быть у них в авторитете. Он все равно мне не верит. Я понимаю, что я существо, абсолютно выпавшее из их жизни. Мне 38, но этот парень выглядит старше меня, причем намного. Моя жизнь в клубах, в казино, на пресс-конференциях, фуршетах: поездках по России, Польше, Китаю, Греции, Германии, Непалу, Албании, Черногории, Израилю, Грузии, Украине — сделали меня молодым. Хотя я видел столько, сколько и 10 из них, может быть, не увидят за свою жизнь, но мне нечего им сказать. Я ничего не могу для них сделать. Я говорю парню, что в нашей драке нет никакого смысла. Он долго непонимающе смотрит на меня, потом спрашивает, как меня зовут. Я называю свое имя. Потом прощаюсь с ними и ухожу. Когда ухожу, чувствую спиной их цепкие взгляды. И вспоминаю своих друзей, тех, когда мне было 19. Некоторые сели за разбой, некоторые за продажу наркотиков, некоторых нет уже в живых, а один сел за заказное убийство коммерса (скинул его с моста, предварительно связав). А я стал журналистом. И честно говоря, я боюсь, встречи с теми, кто вышел на волю, отсидев 10-15 лет. Не потому, что я что-то им должен, а потому, что нам нечего будет сказать друг другу. Как бы это могло выглядеть? Как дела? Как сказал, экс — губернатор Ненецкого автономного округа Алексей Баринов, перед тем как его увели в зал суда: «Какие могут быть дела у человека, который отсидел сутки в камере общего содержания?». А какие могут быть дела у человека, который отсидел в нашей русской тюрьме 15 лет? О чем мне ему рассказать? Как я много путешествовал? Но я знаю свою дорогу, свое шоссе в никуда. И Линч показывает мне волшебные картинки. И тоска по дороге снова охватывает меня.

 

 

От редакции Мэйдэй: подписывайтесь на нас пожалуйста, это очень важно для нас:

Телеграм: t.me/mayday_rocks

Яндекс Дзен: zen.yandex.ru/mayday.rocks

Фэйсбук: facebook.com/mayday.now

Твиттер: twitter.com/MaydayRRRocks