Владимир Яковлев и Карлос Кастанеда. «Да жулик он!»

 

Олег Утицин:

…Это было в далёком и суровом 1981-м году. Тогда мой учитель, Валерий Гусев невзначай дал мне сразу три тома Кастанеды почитать… «Посмотри, типа, на досуге…»

Гусев, он так и учит, — невзначай. Смотрит-смотрит на человека, а потом — или поучит невзначай, или отвернётся.

Как-то позже он объяснил мне — если я ору на ученика на тренировке, значит, я в нём что-то вижу, а если ничего не говорю — значит, от него толку не будет никогда никакого.

То есть, он подбрасывал направление и смотрел, как движение — идёт или нет.

Мой первый Кастанеда

был в третьих копиях на пишущей машинке, объёмным и маловнятным.

Нет, «Когда дон Хенаро пердит — горы трясутся», это близко, конечно по духу. Но ищёшь-же каких-то лёгких путей для воина на пути воина.

Слово воин и понятие  воин тогда мне было понятно очень хорошо, так думал, — морду набил молча. И всё…

Кстати, в те далёкие времена я самостоятельно пытался учить тайцзи по книге Гаава Лувсан, очень редкой в те времена, и исполнял это таолу как ката в карате — с  выдохами жёстко на каждый удар или блок. Я заставил себя запомнить «108 форм». Но кунг фу — хорошая вещь, оно всю ерунду умеет выветривать безвозвратно))). Забыл то тао намертво и не пытаюсь оживить даже.

Ааа, и с Володей Яковлевым

я учился тогда на одном курсе. Только он был в группе международников, а я — в газетной. И о Кастанеде тогда я от него не слышал ни слова.

…Годы опять шли.

КГБ захотел запретить карате, как чуждое для советского народа явление, посадил для начала Алексея Борисовича Штурмина, которого называли отцом советского карате.

 

Ему дали восемь лет. И не за карате. КГБ придумал за что.

Вот в кино моём есть про это подробнее.

Меня Родина заставила второй раз присягу принимать и ещё раз отправила в армию…

…Что такое «воин» по Кастанеде — очнуться обосравшимся в ручье, — я там, в армии, примерно понял. Только ни одного ручья не было рядом…

И ни одного учителя. Кстати!

Но это же тоже ученичество (солдатская смекалка)…

Все те три тома Кастанеды, пока я был в армии, КГБ изъял при обысках на той квартире, где я жил до армии.

После дембеля, вернувшись на Родину, я случайно (в жизни нет случайностей, Кастанеду читайте — авт.) встретился  с бывшим учеником — однокурсником из яковлевской группы международников И узнал вот что — пока я прозябал в горной пехоте в горно-пустынной местности, в Москве был создана группа последователей дона Хуана и Карлоса Кастанеды.

Из людей с высшим образованием.

Группа тайная, с ограниченной ответственностью, если можно так выразиться, и целеустремлённая.

Они выращивали кактусы определённых сортов и их кушали.

— Чего ты замолчал-то? — спросил меня, ошарашенного, мой бывшей ученик. — Ты — не молчи. Ты, говори! Вот, кстати, моя новая жена, мы с ней по Кастанеде должны заживо сгореть через пару лет в субботу на одной и той же горе, адрес не скажу. Но что там про Афганистан-то?…

— Какой-такой Афганистан? Какой-такой Кастанеда? — изумился я.

— Просто расскажи, — сказал он. И подлил.

Через пару месяцев книжку про меня выпустил. Что-то типа «В горах Афганистана».

Толстую, почти как один том «Войны и мира».

Толстой — лох!

Я недоумевал сначала — неужто я такой пиздобол по пьяни? Когда пару страниц прочёл  —  понял, что полёт мысли художника гораздо шире и гонорарнее.

…Но вернёмся к Кастанеде. Мне лично было понятно на тот момент, что я его больше читать не хочу.

Что это — не учебник по боевым искусствам, но некий гид — а что вы можете увидеть дальше!

Постараюсь объяснить.

Карате, к примеру, учит возможностям владеть своим телом, чтобы дать физический отпор другим физическим телам.

Кунг фу, к примеру, этому тоже учит, но в последнюю очередь, а в первую — контролировать своё тело и во внутренних стилях . Внешние стили, типа карате, нужны  для того, чтобы отбиваться от любопытных, которые спрашивают — а зачем вам внутренние стили, когда есть внешние?

Так вот, дыхание раджа-йоговское с движениями по инь-ян и проч. — это внутренние стили.

А Дон Хуан с Хенарой чему учат? Да ничему!

Но показывают видимость результата. И всё!…

И у этого результата есть расширение. А ученик принять такое познание не готов, потому и срётся от невозможности восприятия.

Но его готовят к знанию, подкармливая кактусами с грибами.

Таким образом учат быть ВНИМАТЕЛЬНЫМИ.

Кунг фу учит быть внимательными БЕЗ ГРИБОВ.

История религии учит, что человек вообще не готов к ЗНАНИЮ.

А так, разница не большая, на мой нынешний взгляд.

Но внимать и отнимать — это немного разное.

То есть, совсем не одно и то же…

 

…И ещё я узнал после дембеля, что Володя Яковлев начал заниматься карате и создавать Ъ. Карате он начал заниматься у замечательного мастера Юры Вдовина. Благодаря Володе, мы с Юрой и познакомились, наконец-то)))

Замечательный мастер, дай Бог ему, успел я про него кино снять для сериала «Патриархки боевых искусств»

Я ругался на Юру Вдовина за Володю Яковлева: «Какого хера ты ученика не довёл до черного пояса, и отпустил его в аикидо. Учеников в энергетике контролировать надо, а ты его, как щенка в реку!»

Юра помахивал на меня открытой ладонью и согласно-несогласно кивал головой — говори, говори, мол…

Ученик к знанию должен быть хоть немного готов, иначе не выдержит.

Ну, Юра, учитель Яковлева, ему виднее. А Володя сорвался искать Шамбалу.

Для начала.

А потом — и на Кастанеду напал. Деньги есть, хули знаний не прикупить?

…Шли годы. Кастанеда умер первым. В 1998-м году, как гласит инет. 

Володя Яковлев сейчас заявляет, что продал всё, даже «КоммерсантЪ»  со всей идеологией («мы должны укреплять в читателе уверенность в завтрашнем дне») и сотрудниками. Ради Кастанеды и пути правильного.

Это он сейчас говорит. что продал, чтобы начать учиться у Кастанеды. Тогда вот его цитата:

— То, что вокруг сделки ходило очень много слухов, это, с моей точки зрения, совершенно нормальная вещь. Потому что «Коммерсантъ» не только практически самая влиятельная ежедневная газета сейчас. Это как бы еще и некоторый культовый объект, потому что он появился одновременно с началом всей истории частного бизнеса в России; поэтому с самого начала было понятно, что конечный этап всех мероприятий по его продаже будет окружен довольно большим количеством слухов, и нервотрепок, и разговоров, и всего чего угодно. Вообще, и тем более в предвыборной ситуации. Поскольку я связан определенными естественными обязательствами со всеми людьми, с которыми вел переговоры, мне бы не хотелось называть их имена. Тем не менее хочу сказать, что вот в течение последних двух месяцев я вел переговоры, пожалуй, со всеми, с кем нужно такие переговоры вести. 
       — Имеются в виду российские покупатели? 
       — Да. Имеется в виду российская сторона…»

С Володей Яковлевым я повстречался на похоронах отца его, Егора Яковлева, где Горбачёв в своей поминальной речи вдруг заявил со сцены прямо в микрофон, что свобода прессы главнее всего и они с сыном покойного Егора — Володей будут теперь создавать в России  новую независимую журналистику.

Володя поперхнулся в пластиковый стаканчик негламурно и молвил:»Он что, охуел, что ли?» И, восклицая, Михалсергеич, Михалсергеич!», устремился к оратору.

Вот так наш с Володей путь познания учений Кастанеды помог мне понять уровень пиздобольства политиков.

Кстати, Володя Яковлев тогда сказал мне, что ни за что, ни за какие бабки не хочет возвращаться в журналистику в Россию.

Я ему поверил. Он сказал мне, что ему нравится Москва, но не нравится то, что произошло с «Коммерсантом» после продажи.

Как-то я спросил Володю про Кастанеду — расскажи, мол, живое.

— Да жулик он! — воскликнул Яковлев.

У Кастанеды спросить не успел. Не хочу потому что…

PS: У Валеры Гусева спросил, особенно про похожесть магических посткастанедовских танцев с тайцзи, например.

«Да ну нах этого вашего Кастанеду, спиздили всё из Китая,…и (дальше запрещённая лексика)