«Успех был оглушительный…»

22 ноября, 2022 5:06 пп

Валерий Зеленогорский

Igor Brodsky поделился

Валерий Зеленогорский:
Девиации Харикова. Продолжение (предыдущее здесь)

Хариков не всегда был циником, он когда-то любил, двадцать лет назад. Он учился на архитектора на улице Жданова и ходил всего в три места: в «Пирожковую» через дорогу у Варсонофьевского, в «Подписные издания» на Кузнецкий и в «Хангри дак» в ЦДРИ.
Архитектуру он не любил, Москву считал деревней, застроенной гастерами (Монферран, Фиорованти, братья Фрязины), из русских уважал только Мельникова и Шехтеля, а остальных считал творческими пигмеями.
Однажды он пришел в «Хангри дак» во вторник, это был «фри дей, в этот день туда впускали даже подмосковных огородниц. Там была мода танцевать на стойке, и выпившие женщины, дабы показать свою раскованность, демонстрировали свои прелести, сталкивая ваше пиво и наступая копытами в закуску.
Одна дама, натрескавшись пива с водкой, с легкостью сраного голубя воспарила над предрассудками и стала снимать со своего немаленького тела небогатую одежонку. Она резво скатала в трубочку сперва свой джинсовый сарафан, потом танковые чехлы типа «лифчик», а уж потом, топоча копытами, как Тина Тернер в известном клипе, свернула в трубочку свои трусы с принтом «РеасеДА!». Успех был оглушительным, Хариков оказался первым, кто принял падающую примадонну стойки на свои хлипкие руки. Она покорила его своей непосредственностью, ее фурункул на попке, покрытый иодистой сеткой, говорил о спонтанности ее попытки и явной непорочности.
Он увез ее в свои чертоги на улице Соломенной Сторожки и до без десяти шесть утра любил ее со всей своей нерастраченной нежностью. А в перерывах говорил ей взахлеб о Нимейере, ле Корбюзье и югендштиле, она плакала… Но в шесть он твёрдо попросил ее на выход. Любовь закончилась, так бывает у творческого человека, все у них внезапно, как ветер в Анапе в полдень, когда ниоткуда дунет порыв, и надо срочно собирать одеялко, детей, припасы и бежать под навес.
Продолжение следует…

4.4/5 - (14 голосов)