«Удивительным кажется мне разговор о том, что Россия «купила» свои матчи…»

9074

Я с любопытством наблюдаю за всеобщим ликованием по поводу победы команды России над командой Испании. Сам я спокойно отношусь к спорту (если спортсмен – не я сам), люблю посмотреть хороший футбол и, вообще говоря, болею за «побольше голов», а не за победу кого бы то ни было, но нынешняя ситуация раскрывает столько разнообразных граней человеческого поведения, что не обдумать ее – грех.

Собственно, в самом ликовании нет никакого сюрприза. Стремление к групповой ассоциации и обобществлению успеха членов группы заложено в человеке на уровне инстинкта и пришло даже не от обезьян – низшие млекопитающие и даже некоторые птицы уже обладают вполне развитыми формами такого поведения. Инстинкт этот крайне важен для функционирования многих высших животных и человека в том числе – пусть «боление» за свою команду и является его побочным и более или менее бессмысленным эффектом, глупо и бессмысленно этот инстинкт или этот эффект критиковать: он – часть нашей природы.

Глупо и бессмысленно так же вопрошать «как вы можете ликовать, когда [нужное подчеркнуть] повышают пенсионный возраст, налоги, коррупция, Крым захвачен, в тюрьмах томятся политзаключенные, сыр под санкциями и пр.?» Могут (и даже – можем). Мы вообще можем всё, что требуют наши инстинкты – мы еще едим и пьем, занимаемся сексом, ходим в театр, празднуем дни рождения, умиляемся, глядя на детей, расстраиваемся из-за плохой погоды и так далее. Мы делаем это и во время войн, и на пороге смерти от онкологии, и даже – по возможности – в гетто, концлагерях, застенках, на поселениях, во время голода, чумы или нашествий, потому что мы – люди, и мы так устроены.

Это совсем не значит, что мы готовы забыть и простить враждебные действия власти, отрешиться от своей болезни, принять жизнь в концлагере или тюрьме, или игнорировать эпидемию. Это значит только, что мы обладаем великолепным механизмом приспособления – способностью разделять переживания и их чередовать. Отсутствие этого механизма, во-первых, превратит человека в редкостного зануду, во-вторых – сделает его неспособным выживать из-за перманентной депрессии.

Людям биологически нужны позитивные эмоции для способности действовать. Болельщики, воодушевленные победой россиян, кстати, потенциально более эффективны как борцы с режимом, чем унылые критики, не способные получить заряд энергии от победы их сборной на турнире. Отчасти этот факт уже получил свое очевидное подтверждение: за последние недели рейтинг Путина беспрецедентно упал. Можно было бы атрибутировать этот эффект к продвигаемому закону о росте пенсионного возраста, но с огромной вероятностью если бы не чемпионат, если бы не взлет позитивных эмоций, если бы не соприкосновение со свободным миром и не возможность побыть частью этого мира, празднуя на улицах футбольную феерию, такого падения рейтинга мы не увидели бы: дискриминационных законов наша власть напринимала много, и никогда они не вызывали такого снижения рейтинга, тем более до их утверждения, как в нашем случае.

Понятно, что движет критиками спортивной радости: это вовсе не «забота» о гражданах России, «изнывающих под гнетом тиранической власти». Это – нелюбовь к тем самым гражданам. Можно сколько угодно грустить о легкости, с которой россияне принимают авторитарный режим, можно горячо упрекать их в безразличии к бедам их же собратьев и многих других грехах – и все будет справедливо. Можно примерять на себя маску учителя, строгого к нерадивым ученикам. Но хороший учитель будет только радоваться, видя, как получают удовольствие, болея на футболе, его ученики – те самые, которых он только что распекал за очередную двойку. Учитель, злобно реагирующий на радость ученика – садист, не любящий своих подопечных. Вряд ли такой учитель имеет моральное право учить.

Крайне любопытно так же, насколько широко в социуме в связи с чемпионатом стал обсуждаться факт тотального стремления российских девушек и женщин к сексу с иностранными гостями чемпионата (преувеличенный, на мой взгляд). Недовольство этим пикантным фактом (который скорее заслуживает понимающей улыбки) явно не связано с «нарушениями» моральных норм – месяц назад Россия не была пуританской страной и вопрос сексуальной свободы женщин никто не поднимал. Критику (если оскорбления и брань можно назвать критикой) вызывает лишь факт связи с иностранцем.

Меж тем в том, что множество российских женщин пытаются получить сексуальное удовольствие по случаю приезда в Россию множества иностранных мужчин, нет ничего удивительного – достаточно вспомнить, что в Москве 38% женщин от 25 до 45 лет заявляют о себе при опросах как о «не имеющих устойчивых отношений» и лишь 8% женщин старше 35 лет по статистике имеют шанс выйти замуж, если на момент тридцатипятилетия они не состоят в браке.

Дело здесь не только в том, что в «фертильном возрасте» в России на 10% больше женщин, чем мужчин, а около 10% мужчин «фертильного возраста» больны алкоголизмом или иными видами наркомании. По данным официально документированного научного исследования Дмитрия Пушкаря (более или менее самого известного уролога России) даже те российские мужчины, которые еще «теоретически доступны», часто бывают совершенно бесполезны: у 90% из них есть проблемы с потенцией, половина мужчин к 45-летнему возрасту страдает эректильной дисфункцией, лишь 37% мужчин фертильного возраста не имеют хронических урологических проблем; в Москве дела с потенцией у мужчин обстоят в среднем хуже чем по стране.

В этой ситуации недовольство вожделением, которое российские женщины якобы направляют на «чужих» мужчин, бессмысленно не только с индивидуальной точки зрения (нормальный российский мужик – настолько редкий товар, что наверняка найдет себе замечательную российскую же женщину, и никакой иностранец ему в этом не помеха; а мужчина с серьезными проблемами всё равно не конкурент), но и с точки зрения нации и страны в целом: если мы сами не в состоянии обеспечить наших женщин (ну хорошо – часть наших женщин) семейным счастьем и здоровыми детьми (хотя бы потому что нас чертовски мало), то лучше пусть наши гости – молодые, здоровые и веселые — хотя бы немного порадуют их и возможно «подарят» им здоровых детей; лучше пусть генофонд наших будущих поколений будет разнообразным (он, собственно, и так предельно разнообразен – российская история позаботилась), чем его не будет совсем или он будет в значительной части транслировать алкогенные повреждения.

Понятно, что в значительной степени возмущение этим явлением коренится в пещерном мужском шовинизме, овеществляющем женщину и закрепляющем за мужской половиной общества коллективное право собственности на его женскую половину. Но времена, когда подобная логика имела хоть какое-то право на выход за пределы архаичной и безграмотной крестьянской общины, давно миновали, и в нашем мире смотрятся так же неестественно, как человеческие жертвоприношения.

Наконец, удивительным кажется мне разговор (звучащий достаточно громко) о том, что Россия «купила» свои матчи. Мы, конечно, привыкли к гибкости принципов российской власти и элиты; мы хорошо помним и допинговый скандал, и постоянное вранье власти на всех уровнях, и обвинения во взятках, данных для получения права на проведение тех или иных соревнований. Но рассуждения должны все же хоть как-то опираться на здравый смысл.

Можно осуществить заговор среди своих с целью подмены мочи: здесь участвует ограниченная группа, все заинтересованы, есть много времени договориться и само действие осуществляется тайно.

Можно дать взятку паре чиновников с тем, чтобы они поддержали твою заявку – здесь участвуют всего три-четыре действующих лица и действия чиновников мало отличаются от «обычных». Но как вы себе представляете договоренность с несколькими странами о том, что их сборные (больше 20 игроков и тренеров в каждой, играющих в самых разных странах мира) слаженно «сдают» матчи, и информация об этом не просачивается в прессу? Как вы думаете, учитывая тот факт, что никто не знал, кто будет соперником России в 1/8 финала, Россия подкупила все команды группы Б «на всякий случай» или ей хватило 2х дней чтобы подкупить сборную Испании в полном составе? А если Россия обыграет Хорватию (которая играла с Данией так, как будто ее подкупили датчане), скажете ли вы, что Россия подкупила 11 команд «про запас»?

Подобный подход базируется на идее «всё продается» — иначе как бы Россия всех покупала? Удивительно только, что не все покупают – например Саудовская Аравия могла бы сделать это намного легче России. Придется предположить, что, хотя все продаются, желание «покупать» есть только у России. Это будет странный мир, в котором все – униженные, купленные за деньги, готовые проституировать за нефтедоллары, и лишь Россия готова тратиться – как клиент всемирного борделя.

Этот странный мир, существующий только в больных головах авторов идеи «купленных игр», удивительным образом позиционирует Россию намного выше ее реального положения – страны с футбольной сборной, которая впервые за много лет добилась уровня игры вполне среднего, но на который уже не стыдно смотреть. Авторы сплетни про купленные игры возможно думают, что их идея бросает тень на Россию. Они не правы. В мире, где все продаются, покупатель действует в соответствии со всеобщей моралью и его сложно упрекнуть – скорее наоборот. К счастью, мир – другой.

Мне кажется, нам пора научиться не умножать сущности. Футбол приносит людям во многих странах много удовольствия – и не надо с этим бороться, наоборот – это надо поддерживать. В конце концов позитивные эмоции не только дают энергию, но и исправляют нравы, а период чемпионата в России стал кратким мигом уличной свободы и интернационализма, который не скоро забудется и наверняка повлияет на общество – не даром в последнее время ничего не слышно ни о ряженых казаках, ни о жирных борцах с гомосексуализмом, ни о прочих унылых порождениях архаичного авторитаризма.

Стоит только порадоваться за девушек, которые получат удовольствие, а кто-то, возможно, найдет свою любовь. Наконец – стоит поблагодарить наших футболистов; даже если все их победы в этом чемпионате позади (а может и нет!), они сыграли достойно и доставили миллионам людей много удовольствия. А «борцам» с чужой радостью стоит помнить, что их больше, чем они думают: нет никакой разницы между обличителями радующихся футболу, борцами со свободой женщин – и ревнителями скреп, гомофобами, фанатиками националистами или клерикалами. Все они борются против свободы чувств и мыслей, свободы самовыражения и распоряжения своим телом и мыслями. И тот факт, что они часто сходятся в смертельной схватке между собой, лишь подтверждает факт их похожести.