Убийство Джона Леннона, часть 1

15 октября, 2020 7:56 дп

Seva Novgorodsev

Seva Novgorodsev:

В современном английском есть выражение — conspiracy theory, т.е. «теория заговора». Поясню на примере.
Поздним осенним вечером одного из тех застойных лет, когда в Советском Союзе сорвались закупки зерна за границей, было плохо с мукой, а стало быть, и с хлебом, я возвращался с работы из дворца культуры им. Горького, где играл в оркестре на танцах.
В полутемной парадной стоял мертвецки пьяный мужик. Вообще, в России считается, что если человек стоит и не падает, то он еще не пьяный. Но этот был точно пьян. Глаза его остекленели, невидящим взором он глядел куда то вдаль и когда я проходил мимо, то из последних сил, почерневшими губами он еле слышно произнес: «жи…ы всю булку съели:»
Другими словами, он хотел сказать, что представители еврейской национальности скупили все хлебобулочные изделия и съели их, чтобы коренным русакам, вроде моего встречного, не досталось ничего.
Это и есть теория заговора. В ней есть свои уровни, свои табели о рангах. Алкаш не затрудняет себя правдой, а лепит, что в буйну голову пришло. А серьезный исследователь, наоборот, ищет хитросплетения заговора там, где их поначалу не видно.
Близится сорокалетие со дня убийства Джона Леннона. Внешне тогда, как вы помните, все было просто — убийца, Марк Чапман, подошел вплотную, якобы за автографом, а потом выпустил пять пуль в упор. Бежать не пытался, вину свою не отрицал, поэтому ни следствия ни судебного разбирательства не было. Убил, и все. Почему? Зачем?
За дело взялся Фентон Бреслер, дипломированный юрист и практикующий адвокат, корреспондент двух крупных английских газет и автор нескольких книг по криминальным исследованиям. Результатом его поисков и размышлений стала книга «Убийство Джона Леннона.
Книжка не новая — она несколько лет стояла у меня на полке. Я мысленно отмахивался, говоря себе: «очередная теория заговора. Жи…ы всю булку съели!» Но чем чаще я к ней возвращался, тем убедительнее звучали доводы с ее страниц.
Исследование большое, подробное, поэтому лучше начать загодя, так чтобы мы с остановками и перерывами к юбилейной дате получили бы четкую картину того, что произошло 20 лет назад.
Вкратце напомню обстоятельства смерти Джона Леннона. Вечером 8 декабря 1980 года в Нью-Йорке у подъезда здания Дакота Билдинг, неподалеку от Центрального Парка, где у Леннонов была жилплощадь из нескольких квартир, Джона остановил молодой человек, по поведению и виду — поклонник, жаждавший автографа.
В Нью-Йорке Джон чувствовал себя вольготнее, чем в Англии. Дома он по улицам ходить не мог. Нью-Йорк — огромный, многоэтажный, многонациональный и потому позволявший жить анонимно, давал Леннону некоторую личную свободу. Молодой человек внезапно выхватил револьвер и всадил в Джона Леннона пять пуль.
Сразу же начинают громоздиться странные обстоятельства. Во-первых, пули были особые, специальные — пустотелые. При ударе они распадаются на куски шрапнели, нанося жертве максимальный и непоправимый вред. Такими пулями, условно говоря, в охотничьих магазинах не торгуют.
Затем: убийца, Марк Дэвид Чапман, житель Гонолулу, за несколько дней до этого специально прилетел в Нью-Йорк, взяв в банке заем в 2000 долларов на поездку.
Далее: адвокат Чапмана советовал ему не признавать себя виновным. Была возможность доказывать временное помешательство или еще что-нибудь в этом духе, но Марк Чапман безоговорочно признал себя виновным и тем самым не допустил дело до подробного судебного расследования.
Ему тихо и быстро влепили 20 лет, и дело закрыли. Поскольку убийство было одним из самых громких в 20 веке, то сотни, а то и тысячи журналистов выдвигали разные теории. Что это такое? Комплекс Герострата? Желание провинциального неудачника прославиться в веках? Может быть, но факты этого не подтверждают.
Например, в американских тюрьмах заключенные могут свободно встречаться с прессой и давать интервью. Чапман, если он искал славы, распинался бы перед репортерами с утра до ночи. Однако за все долгие годы отсидки он дал не более полудюжины интервью, да и то людям, которые состояли с ним в долгой переписке и добивались этого по году и больше.
Другие утверждали, что случай это психологический. Убийца, мол, видел в Ленноне предателя рок-н-ролла, ожиревшего и уставшего миллионера. Типа «кипит наш разум возмущенный». Но Марк Чапман никаких заявлений подобного рода не делал, вел себя спокойно, собранно, даже разумно. Другими словами, преступление, убийство было очевидно, но мотивов его так никто и не понял.
(продолжение следует, если понравится)