«Типично западническое разжёвывание японской недосказанности…»
17 марта, 2026 6:01 пп
Мэйдэй
Акунин Чхартишвили:
ПЕРЕВОДЫ ИЗ БАСЁ С ИЛЛЮСТРАЦИЯМИ И ИНТЕРПРЕТАЦИЯМИ
Во имя дзэна отрешенности (и из благодарности к Мацуо Басё, чье хайку я использовал для литературного эксперимента «Лягушка Басё») я решил попереводить трехстишья великого поэта, подобрать к каждому иллюстрацию и написать, как я трактую смысл стихотворения — интерпретаций у хорошего хайку бывает много, а иногда и очень много. Ну и вообще хайку-хокку — это интерактивная поэзия. Она высекает искру, а остальное зависит от твоего собственного топлива.
Итак.
УЗНАТЬ БЫ, ЖАЛКО ЛИ ПЧЕЛЕ
ВЫЛЕЗАТЬ ИЗ ПИОНА,
ЧТОБЫ УЛЕТЕТЬ?
Из всех возможных интерпретаций я выбираю самую позитивную.
Жизнь прожита. Она была прекрасна, как цветок пиона. Но наполнившаяся медом пчела решила, что ей уже хватит. Пора улетать. Жаль ли ей покидать цветок? Мы не знаем. Но завидуем пчеле, которая так чудесно провела время.
[Тут еще у Басё в первой строке больше слогов, чем положено по канону (не пять, а целых восемь), что, по-моему, обозначает перенасыщенность пыльцой и жизнью.]
Вот оригинал:
牡丹蕊深く
分け出づる蜂の
名残かな
В нем про «улететь» ничего нет. Буквально сказано следующее: «Из глубины пиона выкарабкивается пчела – нет ли в том сожаленья?» (У кого – у пчелы или наблюдающего, грамматически непонятно). Мой перевод — типично западническое разжевывание японской недосказанности. Но в переложении поэзии настроение важнее точности. И всякий, кто переводит хайку, неминуемо перекручивает его по-своему.
(Гравюра 菜乃葉 奈々)
Мэйдэй
Акунин Чхартишвили:
ПЕРЕВОДЫ ИЗ БАСЁ С ИЛЛЮСТРАЦИЯМИ И ИНТЕРПРЕТАЦИЯМИ
Во имя дзэна отрешенности (и из благодарности к Мацуо Басё, чье хайку я использовал для литературного эксперимента «Лягушка Басё») я решил попереводить трехстишья великого поэта, подобрать к каждому иллюстрацию и написать, как я трактую смысл стихотворения — интерпретаций у хорошего хайку бывает много, а иногда и очень много. Ну и вообще хайку-хокку — это интерактивная поэзия. Она высекает искру, а остальное зависит от твоего собственного топлива.
Итак.
УЗНАТЬ БЫ, ЖАЛКО ЛИ ПЧЕЛЕ
ВЫЛЕЗАТЬ ИЗ ПИОНА,
ЧТОБЫ УЛЕТЕТЬ?
Из всех возможных интерпретаций я выбираю самую позитивную.
Жизнь прожита. Она была прекрасна, как цветок пиона. Но наполнившаяся медом пчела решила, что ей уже хватит. Пора улетать. Жаль ли ей покидать цветок? Мы не знаем. Но завидуем пчеле, которая так чудесно провела время.
[Тут еще у Басё в первой строке больше слогов, чем положено по канону (не пять, а целых восемь), что, по-моему, обозначает перенасыщенность пыльцой и жизнью.]
Вот оригинал:
牡丹蕊深く
分け出づる蜂の
名残かな
В нем про «улететь» ничего нет. Буквально сказано следующее: «Из глубины пиона выкарабкивается пчела – нет ли в том сожаленья?» (У кого – у пчелы или наблюдающего, грамматически непонятно). Мой перевод — типично западническое разжевывание японской недосказанности. Но в переложении поэзии настроение важнее точности. И всякий, кто переводит хайку, неминуемо перекручивает его по-своему.
(Гравюра 菜乃葉 奈々)