«Такое объятие…»

504

…когда мы посещали Олега в СИЗО, за нами следили (там так принято), писали на видеорегистратор (один болван, когда я передавала приветы ему от Вендерса и Альмодовара, кричал — имен не называть! — «вдруг это его подельники»))) Олег, расставаясь, спросил:
— Ну а обнять-то её можно? (меня, то есть).
Ему милостиво позволили.
И он меня обнял — и такая сила от него исходила.
Я романтик, и мне это показалось это объятие чем-то вроде тех объятий, которые я видела в хронике, когда женщины встречали в мае 45-го своих мужей, такое это было священное объятие (можете смеяться, выдержим), такое дружеское, прощальное при этом, всепонимающее, такое объятие, такое объятие…
А ведь мы всего один раз до этого как следует поговорили в Одессе: о кино. Всю ночь проговорили в дворике Одесской консерватории. И ещё мельком пару раз виделись в мирное время.
Мы обнялись, я вышла, заплакала, и пошли покурить с двумя начальниками СИЗО этого.
Они были уверены (люди системы) что он террорист.
Я сказала, совершенно не стесняясь «выспренности» своей:
— Вот когда всё выяснится, и истина воссияет, вам стыдно будет. А она таки воссияет.
И они… понурились.
Не стали возражать.
А ведь люди системы.