Сухой закон
3 июля, 2024 8:56 дп
Олег Утицин
Олег Утицин:
Сухой закон был вначале. Гласность чуть позже объявили, поэтому вспоминаю то, что тогда писать было нельзя.
Направились мы от «Ленинского знамени» на борьбу с самогоноварением в Московской области.
Вместе с мильцанерами поехали в самые дальние края — Ступино, к примеру.
И в каждом втором доме самогон. Бабушки старушки, им дрова нарубить, сено накосить и по хозяйству вообще — валюта.
Это мне участковый объяснял, пока в доме бидоны с брагой описывали и выливали в огород.
— Самогон — это еще не страшно, — рассказывал участковый. — страшно — новорожденные младенцы на помойках. Каждую неделю находим.
Потом поймали страшного самогонщика, который водителем в аэропорту работал. У него три тонны самогона нашли в трёхэтажном подвале ( уже тогда была такая мода на многоэтажные бункеры). Я уже заметку сдавать готовился, как из ментов позвонили: «Подожди, не спеши, там в огороде с миноискателем чего-то нашли…»
Дело в том, что самогона-то у мужика до хрена было, а то, что он его продавал — никаких доказательств. Ни денег, ни доносов от соседей.
Подумал, что в огороде — бидон с деньгами зарыт.
Ни фига — оказались фляги с самогоном — еще полторы тонны.
— Я для себя гоню, — говорил мужик, — закусь я из остатков обедов с «Арофлота» беру, бесплатно, на получку — сахар, дрожжи покупаю. И литра полтора в день сам уговариваю.
Спалили его девьки, в которым он воспылыл и зазвал к себе в гости для выпить и полюбить. Они ментам и настучали, что у него самогона завались.
Полтора литра в день, на пенсию скоро… Посчитайте сами хавтило бы ему? Думаю нет…
![](https://mayday.rocks/wp-content/uploads/2024/07/449716314_8653786957971672_6017399241801256697_n.jpeg)
Олег Утицин
Олег Утицин:
Сухой закон был вначале. Гласность чуть позже объявили, поэтому вспоминаю то, что тогда писать было нельзя.
Направились мы от «Ленинского знамени» на борьбу с самогоноварением в Московской области.
Вместе с мильцанерами поехали в самые дальние края — Ступино, к примеру.
И в каждом втором доме самогон. Бабушки старушки, им дрова нарубить, сено накосить и по хозяйству вообще — валюта.
Это мне участковый объяснял, пока в доме бидоны с брагой описывали и выливали в огород.
— Самогон — это еще не страшно, — рассказывал участковый. — страшно — новорожденные младенцы на помойках. Каждую неделю находим.
Потом поймали страшного самогонщика, который водителем в аэропорту работал. У него три тонны самогона нашли в трёхэтажном подвале ( уже тогда была такая мода на многоэтажные бункеры). Я уже заметку сдавать готовился, как из ментов позвонили: «Подожди, не спеши, там в огороде с миноискателем чего-то нашли…»
Дело в том, что самогона-то у мужика до хрена было, а то, что он его продавал — никаких доказательств. Ни денег, ни доносов от соседей.
Подумал, что в огороде — бидон с деньгами зарыт.
Ни фига — оказались фляги с самогоном — еще полторы тонны.
— Я для себя гоню, — говорил мужик, — закусь я из остатков обедов с «Арофлота» беру, бесплатно, на получку — сахар, дрожжи покупаю. И литра полтора в день сам уговариваю.
Спалили его девьки, в которым он воспылыл и зазвал к себе в гости для выпить и полюбить. Они ментам и настучали, что у него самогона завались.
Полтора литра в день, на пенсию скоро… Посчитайте сами хавтило бы ему? Думаю нет…