Рейтинг и его тень

1273

#ПутинкакэпонимРФ вот что получается, если писать колонку о Путине в Сноб, пересмотрев на ночь Тень воина Куросавы //Вопреки всему, что нам казалось еще год назад, выборы 2018 года неслыханно драматургичны. Но это новая эстетика, драматургия другого театра. Ее не ловит аполитичный слух, зато чуть приоткрывает большая пресс-конференция Владимира Путина.
Похоже, никто в зале не знал, о чем его спрашивать. Все наперебой что-то рассказывали кандидату — о чем? О стране, зовущейся «путинской Россией», которой сам Путин не знает. У них не было к товарищу Путину вопросов, они имели к товарищу Путину ответы; и сам Путин вел себя так же. Он сразу заявил, что намерен не отвечать, а «воспользоваться вашими вопросами, чтобы еще раз сказать о том, что считает важным». Это что-то из драматургии японского Национальный театр но .
..Сегодня мы — в пространстве двух предвыборных кампаний разной интенсивности. Одна идет год, с момента самовыдвижения Навального. Другая официальная, скучно началась путинским согласием перед хором рабочих ГАЗа, собравшихся на концерт. Годичная кампания политических дебатов в сетях ничуть не завершена, как мечтали кураторы официальной кампании. Вопрос-выпад Ксении Собчак об Алексее Навальном показал, что теперь она (сознательно или нет) превращается в «шлюз» между двумя кампаниями. И, отвечая, Путин говорил не ей, а сторонникам Алексея Навального — что ж, косвенные, а все ж дебаты.
Театр власти важен для системы. Он изображает обширную живую страну «путинской Россией», поддерживая миф о якобы центральном месте Владимира Путина в ней
Кураторам надо зазвать публику в собственный театр юного зрителя. В этом нет ничего уничижительного — театр власти важен для системы. Он изображает обширную живую страну «путинской Россией», поддерживая миф о якобы центральном месте Владимира Путина в ней. А система тем временем разошлась по своим делам.
До сих пор никто из экспертов не мог объяснить, зачем ему приписывать Путина к любому из видимых событий? Разве не довольно одной-единственной приписки — путинская Россия? Человека, дающего имя земле, племени или стране, именуют эпоним. Путин — эпоним страны, которую в мире именуют Putin’s Russia. Это название и релевантно, и обманчиво, как всякое наименование. За ним состоявшаяся страна с огромным количеством анонимных связей, непроявленных порядков и даже институций. В театре но императора играет амплуа коката, он изображает и военного вождя. Действия его минимальны.
Иногда кажется, что Путин работает живой заставкой или заглушкой, за которой живет страна. Но и связь его со страной несомненна, правда, она состоялась в давние-предавние времена. Еще недавно, провожая президента Мугабе в вынужденную отставку, общественность рассыпалась в уколах президенту в Кремле, впрочем, более молодому и спортивному. И все же одна параллель есть: Мугабе считают основателем государства Зимбабве, его политической нации. Путина — тоже, во благо или во зло.
Путин, который так продвигался и преуспевал в России Ельцина, успешный президент постъельцинской страны, похоже, не знает, как теперь быть с Россией путинской
Россия Ельцина не сумела остаться «ельцинской». Причины этого описывать неуместно, как вспоминать о допожарной Москве: сильный эпоним победил более слабого, превратив его в собственную прелюдию. Ельцинские годы стали входом в путинскую Россию, и обратный поворот уже невозможен. Но выяснилось нечто поразительное: Путин, который так продвигался и преуспевал в России Ельцина, успешный президент постъельцинской страны, похоже, не знает, как теперь быть с Россией путинской. Впрочем, путинская ли она?
Возникновение тени. Вязкая драматургия старта кампании Путина, которую язык не поворачивается назвать избирательной, неуловимо подобна эстетике известного фильма Акиры Куросавы «Тень воина». Многие считают трехчасовой фильм затянутым, но в этом его достоинство. Сюжет его анекдотически краток: известный вождь и политик, коварно и успешно ведущий войны, случайно ранен и умирает, но трепет перед ним остается. И, чтобы поддержать этот страх, ему подбирают двойника. Он годами играет роль своего великого предшественника. Он не «преемник», не вождь и вообще не самостоятельное лицо, он тень эпонима. Ресурса тени хватает на три года, но, поскольку вести войска тень не умеет, все кончается гибелью армии, клана и самой тени.
Драматургия Куросавы катастрофична, хотя состоит из мелких деталей, интриг и спецопераций в японском стиле. Но все протекает в мейнстриме единственной удлиняющейся тени вождя-эпонима. Все держится ею и рассыпается под конец.
Причин рассыпаться у путинской России не видно, и вот почему: она уже не путинская
Во время демонстраций Навального молодая школота скандировала: «Не забудем, не простим» и «Путин, уходи». В фильме Куросавы есть близкий момент, когда внук мертвого повелителя кричит двойнику: «Ты не мой дедушка!» Подлог был бы тут же разгадан, но тень воина все еще всем нужна.
Василий Розанов ввел в публицистику мем о русской революции — когда начальство ушло. Сегодня пора говорить об обратной ситуации — ушла страна и разошлась по своим делам. Смотреть стоит теперь за ее делами, а не за ее прозвищем. Рейтинг Путина по его высоте и безотносительности к событиям — не политический рейтинг, не рейтинг политика среди политиков. Это рейтинг массового признания путинского государства населением. Причин рассыпаться у путинской России не видно, и вот почему: она уже не путинская. Тень имени лежит на ней, как тень основателя. Что бы тот ни натворил, он останется основателем, и этого не изменить. Проблема в том, что сам живой основатель не в силах выйти из тени «знаменитого на весь мир Путина». Чтобы организовать настоящую предвыборную кампанию, Кириенко должен убедить президента, что он не тень того самого Путина, еще памятного всем. А этот — человек как все. В общем, он напоминает прежнего, вопрос президентской резиденции только его испортил.