Политизация

Август 10, 2019 8:11 пп

Михаил Немцев

Михаил Немцев:

Один из эффектов московских событий этого лета, наскольно я могу судить о них по фэйсбучной ленте — началось быстрое размывание антиполитического этоса. По крайней мере, в Москве, но скоро — и в других городах.

Этот антиполитический этос сформировался в 1990-х (видимо) в результате разочарования от событий 1991-1993 годов у молодых людей того времени, был оформлен «неполитической» жизнью после 1999-го и до сих пор они его несут, полагая признаком собственной полноценности.

Он, во-первых, состоит в отношеники к политике (любого уровня) как к чему-то одновременно слишком мелкому чтобы быть чем-то иным кроме потока знаков, т.е. фактически — источника мемов и забавных\пугающих новостей, и в то же время — принципиально безыдейному, т.е. приводимому в движение манипуляторами/»политтехнологами»/имиджмейкерами и пр. ловкими людьми. Причём деятельность этих «политтехнологов» и состоит в конечном итоге в подборе удачных комбинаций знаков; из личные дизеннные интересы и воззрения не имеют никакого отншения к тому, что они делают занимаясь такой «полтикой». Тут подразумевается, «Умный человек» способен видеть, как «это» сделано» и как одна комбинация знаков может быть при стечении обстоятельств заменена другой.

Поэтому, во-вторых, этот этос принципально индивидуалистичен. Он подразумевает что собственная интеллектуальная полноценность, зрелость «суждения вкуса» носителя этого этоса перформативно утверждаются через постоянное ироническое отстранение от так понимаемой «политики», её деконструкцию через простое указание на то, что любое формальное политическое суждение является не более чем комбинацией знаков — в «нулевые» это называлось «дискурсом», — а у неё есть своя короткая история, содержательно всегда восходящая к удачной придумке того или иного «политтехнолога», удачно воспользовавшимся той или иной ситуацией. Такую деконструкцию не стоит путать с конспирологией. Потому что её цель не поиск объяснения того, как всё обстоит «на самом деле», а демонстрация вновь и вновь, что никакого политического «на самом деле» нет, это фикция.

Что делает этот неполитический этос именно «этосом», так это постоянное жёсткое разграничение своей (индивидуальной) личной жизни, своего собственного мира — и «политики». Она иронически созерцается издалека и в принципе не предполагает какого-либо участия, кроме разве что возможности на ней как-нибудь «заработать» (от раздачи листовок до работы в избирательном штабе).

Нынешнее противостояние сформировало ситуацию, когда с одной стороны — массовые требования, в которых узнаётся борьба за признание (а это уровень, на котором этические требования (уважение достоинства) и политические (требование представительства) ещё не разводятся, не расходятся). А с другой стороны -демонстративное непризнание, выраженное в эффектной форме избыточного неизбирательного насилия. Это довольно простая экзистенциальная ситуация: скажем, ощущения человека, наблюдающего, как кто-то кого-то на улице бъет, не нуждаются в утончённой этической рефлексии. Такая ситуация вовлекает в себя уже иным образом, чем, скажем, созерцание какого-то митинга о чём-то.

И в такой экзистенциальной ситуации описанный неполитический этос становится уже признаком неадекватности, проявлением странного непроживания того что вообще-то не может не проживаться. Насмешливые псевдообъяснения того, как «на самом деле» всё это устроено со стороны протестующих или со стороны властей всё больше приводят впечатление сознательного стремления не замечать экистенциальное напряжение всей этой ситуации. Поэтому те, кто их практикует (и будут практиковать ещё долго) всё более явно оказываются в ситуации «слона-то я и не приметил». … И это их не красит, конечно.

Loading...