«Каминг аут» Пьеса. Ужас.

Театр полон зрителей. На сцену выходит женщина в платье, с отодранной наполовину оборкой. Вокруг её рта криво размазана помада:

— Я – артистка Петрова. И меня – изнасиловали. Я хотела посвятить свою жизнь любви к Искусству, но меня заставили развлекать всяких негодяев. Для них я танцевала и пела всякие похабные гадости. И теперь мне стыдно! Но я устала бояться. И не могу больше держать это в себе!

(Тут у артистки начинает брызгать силикон из левой груди, на которую приколот орден. Склизкая жидкость заливает сцену, и артистка, постоянно поскальзываясь, уходит)

На сцену выходит человек в форме. Рукава у него по локоть закатаны и руки сочатся кровью от мелких царапин, оставленных детскими ногтями:

— Я – полицейский Иванов. И меня изнасиловали. Те, кто приказывал мне, были сильнее меня. Они подавили мою волю. И я не мог им сопротивляться. Они заставили меня бить детей на площадях. И теперь мне стыдно. Но я устал бояться. И не могу больше держать это в себе!

(Полицейский разворачивается и уходит. За ним тянется по полу прилипшая волосёнками к его ботинку детская кукла, которая при каждом его шаге кричит: «Ма-ма, ма-ма».)

На сцену выходит человек в плаще патриотической расцветки, таком широком, что самого этого человека трудно рассмотреть. Он говорит противным голосом:

— Я – госчиновник. Я всех обокрал и всех ненавижу. И мне не стыдно и не страшно. Потому, что стыд и страх — это человеческие чувства. А я всё человеческое сам в себе уничтожил! Я сам себя изнасиловал!

Тут гос. чиновник скидывает плащ, и, одновременно, гаснет свет. Изумлённые зрители видят, что тело чиновника светится в темноте, т.к. всё покрыто фосфоресцирующими трупными пятнами. И глаза его тоже светятся — как красные угли. С нечеловеческой быстротой, монстр начинает двигаться по зрительному залу, обчищает всем карманы и выпивает кровь.

Свет снова включается. Из-под сцены выползает прятавшийся там незаметно очень толстый бородатый человек, одетый в чёрное. В руках у него специальные щипчики. Этими щипчиками он вытаскивает из зубов покойных зрителей золотые коронки и приговаривает: «Золотце — на Храм. Золотце — на Храм».

Конец. (….Или не конец?….)

 

 

От редакции Мэйдэй: подписывайтесь на нас пожалуйста, это очень важно для нас:

Телеграм: t.me/mayday_rocks

Яндекс Дзен: zen.yandex.ru/mayday.rocks

Фэйсбук: facebook.com/mayday.now

Твиттер: twitter.com/MaydayRRRocks