Обоссаться — и не жить!

2242

i

Олег Утицин:

Мне зашивали голову на живую, без наркоза, а я смеялся.

Морда лица моего и куртка, чёрная кожаная, были в крови. Особенно неприятна была кровь на рукавах куртки — мокрая и липкая.

— Вы здоровы психически? — это тётка в белом халате, которая мою башку зашивала без наркоза, это она спросила. И я опять начал смеяться.

Поводов для смеха становилось всё больше и больше.

Нет, я знал, конечно, что меня хотят убить в очередной раз. Они же мне обещали — мужчины с серьёзными лицами, которые обнуляли счета граждан в финансовой пирамиде.

— Вы же понимаете, что мы — серьёзные люди, если здесь сидим, — говорили мне они заранее.

Сидели они во Дворце культуры клуба ветеранов группы «Вымпел».  У которой тогда был девиз «Честь и достоинство»…

Потом, якобы девизом стало, «кто, кроме нас», хотя это и вэдэвешники себе вешали, пока, одним общим девизом не стало «Ихтамнет»… Не важно

Какое бы серьёзное лицо не делал человек, сначала он дело должен сделать, потом лицо.

Поэтому и там смеялся, и предлагал им просто отдать деньги «обутой» ими женщине преклонных лет, которую они «развели» на поминках мужа на все завещанные покойным деньги.

— Остальных лохов разувайте, как хотите, — сказал я, — но этой женщине деньги верните…

— Вы не знаете, с кем вы связались, — ответили мне. — Вы не знаете, что такое «Вымпел»?

Конечно, я попытался сделать вид, что не знаю, но кривая моя усмешка меня почти выдала. Но им-то не до усмешек моих было. Они продолжали давить:

— Мы знаем, что вы нас без спроса тайно записываете на диктофон, но наша секретная аппаратура блокируют все ваши записи, — и показали мне какую-то загадошную авторучку, вытащенную из ящика стола.

Это как палец дураку показать…

В общем, разговор надо было переводить в другую плоскость.

Позвонил я позже одному из командиров «Вымпела» и спрашиваю:» Чего это? Честь и достоинство — старушек грабить?»

Он приобиделся, конечно, для приличия, но когда суть понял, выгнал нах этих серьёзных из ветеранского клуба.

Я им ещё точек семь прибыльных закрыл только в Москве, обнаружив при этом, что там генералы МВД кормились и прочая номенклатура.

Потом мне сказали, что меня хотят убить. Не так, чтобы — вот этого надо ликвидировать.

А уже другие серьёзные люди в должностях и погонах генералов и полковников обсуждали свои финансовые потери из-за моих публикаций. Решили, что я — это помеха. И договорились.

Ну, у меня источник был на той кухне… Ссылку не дам.

Люди же — рабы своих желаний. И сколько бы раз мне не говорили — захотят убить — убъют. Отвечаю цитатой из Гашека: «Не будь дураком, не дай себя убить». И второе — раньше времени всё равно никто никогда не помрёт.

И третье, киллер мой один знакомый, хотя у меня их до фига, но некоторые уже убиты, как-то сказал мне за чашечкой кофе: «Может, ты перестанешь во всей этой хуйне-муйне копаться, представляешь, каково мне будет на душе, когда мне тебя закажут?»

— Ну, у каждого своя работа, — сказал я. — Жизнь покажет, кто как её делает…

…Не ему меня заказали те люди на кухне, слава Богу. Лохам каким-то.

Это было шестое покушение, и убить меня пытались ударом бутылкой портвейна по голове. Символично, да?  Кто меня знает, поняли, надеюсь)))

Скользячкой прошло, кожу порвали на голове.

Мне зашивали башку без наркоза, и я смеялся.

Тогда я смеялся тому, что тот же источник (без ссылки который), за сутки до покушения сказал мне, что всё-таки решили меня не убивать.

И я вспоминал о том, что это сказали именно источнику, так, чтобы он до меня донёс эту информацию, и так, чтобы я поверил. Ну я и поверил… Дурак потом что. Не смешно разве?

Но докторше, которая тебе башку зашивает без наркоза этого же не объяснить. Дурак, конечно, но не настолько же…

И вот.. Серое утро следующего дня. Сидим в столичном скверике, украшенном осенними лысыми прутиками. Сидим вместе с дружбаном моим давним из спецназа МВД и незнакомым из спецназа ГБ. Обсуждаем…

Проблема в том была, что меня тогда ещё какие-то бандиты убивать хотели, а ещё вроде бы и Рушайло (но в это я не верил, ему тогда не до меня было). Повзвешивали и офицеры пришли к такому решению, пусть меня ребята из ГБ поохраняют, пока ясности нет, а там видно будет…

Добро на охрану поехали получать на Лубянку, в секретное комитетское кафе под названием «Маска». Их там нынче много таких кафе, и все — пишущие.

Начальник управы дал добро, попросив взамен кое-какую информацию от меня про МВД, я в ответ попросил у него кое-какую информацию на КГБ. Он задумался и ушёл, сказав — вот капитан и майор тебя поохраняют пока.

На следующий день мне позвонили из «пирамиды» и сказали сразу — это не мы, надо встретиться.

А вы говорите, не смешно?

Потом я вообще обоссался на этой «стрелке» — там моя охрана из ГБ, пыхтя паром из ушей, изображала из себя гопников, а гопники из пирамиды, в костюмах с галстуками, вовсю изображали из себя комитетчиков…

Обоссаться — и не жить!  Это — про это.

Разрулили, в общем, ситуацию.

Но ещё смешнее мне было потом, когда позвонил полковник  с Лубянки и говорит: «Тот капитан, который тебя охранял, его менты за рэкет приняли и упаковали. Можешь помочь?»

— А с чем  приняли? — уточняю.

— Да он у терпилы машину забрал ещё, а её в розыск объявили потому на ней и попался сразу. Ну ты парься особо, я сам его вытащу…

И вытащил на следующее утро. Командир, потому что…