abkh

…Не то, чтобы всю жизнь, но время от времени мне становилось интересно — кто кого с бОльшим любопытством разглядывает в Зоопарке — узники или посетители?

И, конечно, вы сейчас вспомнили равнодушные звериные глаза за прутьями клеток.

А некоторые и Воннегута вспомнили, и одного из его героев, который в многовековой космический полёт в библиотеке космического корабля взял на дорожку почитать «Войну и мир» Толстого, и вернул её обратно через пять минут. «Уже прочитали?»

—Нет, это про людей, а я про них и так всё знаю…

Когда здесь, в Абхазии, начинается отдыхательный сезон,  иногда вдруг ловлю себя на том, что смотрю на отдыхающих с нескромным интересом. Ищу в их глазах какую-то искру, проблеск.

В московском метро я людям в глаза не могу смотреть — они серые и стухшие — в тех взглядах обречённость и слабый лепет — не смотри на меня так, дай дожить до смерти хоть как-то…

В американских исторических фильмах я вглядываюсь в глаза рабов — и вижу там блеск жажды свободы.

Тупо пошучу, что эти режиссёрские задумки прописаны в Госдепе и оплачены Госдепом из засекреченных статей Госбюджета…

Я смотрю в глаза героев современного отечественного кинематографа — и вижу то же самое, что в московском метро.

— Ну ладно, ребята! Ну вы же вырвались с кабальной работы, с кабальных кредитов, с тёщиных надзоров, ну?! Оглянитесь вокруг — эта красота! Это море, девчонки красивые ходят. Правда тоже с потухшими взорами, выдающими полнейшее неверие хоть в какое-то мужское начало хоть в каком-то из встречных-поперечных мужчин .

— Ты посмотри, Ашотик, — говорит Зурик, раздающий лежаки на пляже, Ашотику, жарящему шашлыки на пляже. — Ты посмотри только! Только ты музыку эту завёл — и сразу эта блондинка, которая, видишь, там за столиком сидит с подружками, попой начала ёрзать по скамейке, плечиками шевелить. Танцевать хочет! Иди, ящик Шампанского к столу подтащи, открой влёт, красиво! Угости девочек! Потанцевать пригласи, а там, глядишь…

— У них в кафе нет Шампанского, — обламываю я.

Но Зурик не ломается:

— Молодежь! — восклицает он — Они даже не знают, что такое Шампанское! Тем более, ящик. Ашотик, если тебе Шампанское показать — ты ведь даже его не узнаешь, скажи?..

— Э-э, видел я этот твой Шампаньский, шипучка одна. Никакого толка нэт, — Ашотик вступает, — Мы, молодые почему так себя не ведём, как ты, Зурик, говоришь. Потому что у нас есть уважений к старшим. мы вам дорогу открываем — идите вот с Олегом и давайте сами…

— Ауф! — изумляюсь я, — А музыку кто завёл, Ашотик?..

Самое смешное, что всё это время, каждый из нас спорадически побрасывает взгляды на ту самую блондинку, которая всё так же елозит попкой по струганой и отлакированной  (в начале весны это было) доске застольной скамьи. И большими пальчиками рук пощёлкивает об указательные. И голову в такт музЫке склоняет то на одно плечико, то на другое, чтобы локоны — вот так полуцеломудренно с плеча на плечо ниспадали…

И вспоминаю вдруг, как меня буквально пару дней назад одна девушка то ли спросила, то ли приговорила: «Вот интересно же людям посмотреть, как вы здесь живёте, на окраине цивилизации…»

— Чего на окраине? — уточнил я.

— Цивилизации, — уточнили мне…

И я вспомнил ещё. Как пару недель назад из того, что называется цивилизацией, приехали отдыхающие, и я их по блату провёл в ущелье, где пещера Симона Канонита, и по пути доверительно указал одной цивилизованной супружеской паре на очень редко встречающееся в природе тюльпановое дерево. И сказал, что оно в Абхазии считается священным. Я сказал это и ушёл вперёд, беседуя о  проблемах цивилизации с другим собеседником. Услышал какой-то шум сзади. Обернулся. Увидел абхазскую старушку — всю в траурном, чёрном, которая собирает плату за туалет в ущелье и продаёт экскурсантам пластиковые бутылки для набора святой воды из источника святой воды. Он чуть дальше по маршруту следования.

Так вот, я увидел, что старушка вскочила со своей скамеечки, побежала к этой парочке. Побежала в свои 80 с лишним лет. И махала на них своим сухоньким кулачком. Отдыхающие этого не замечали, улыбки на их лицах лучились.

На бегу старушка посмотрела на меня, увидела, что я вижу, тормознула и с недовольным лицом поплелась к своему рабочему месту…

— Что случилось? — спросил я бабушку на обратном пути.

— Ну ты же знаешь, что это за дерево, — со скорбной укоризной сказала она. — Это же такое дерево… А они что сделали? Давай листья отрывать и жевать их. Ну как можно так делать?..

— Ох, извините, не усмотрел я, — мне очень стыдно стало.

— Да ладно… Что теперь… Тебе прощаю, если с тобой эти люди…

До сих пор не по себе…

Да, про окраину цивилизации чуть не забыл. Понятно, что где-то она есть. Значит, где-то есть и окраина.

Чуть ниже пупа и вглубь есть центр человеческий по некоторым версиям. От местонахождения этого пупа (чуть ниже и вглубь), как показывает жизнь,  многие и определяют центр Вселенной…

 

 

 

 

От редакции Мэйдэй: подписывайтесь на нас пожалуйста, это очень важно для нас:

Телеграм: t.me/mayday_rocks

Яндекс Дзен: zen.yandex.ru/mayday.rocks

Фэйсбук: facebook.com/mayday.now

Твиттер: twitter.com/MaydayRRRocks