«Мы перестали тегать любимых женщин…»

1292

— Папа блоггер — горе в семье. — пробубнила я, тыкая моцареллу вилкой.
— Зря ты, Сергевна, он славный,- сказала Ирина Лерман (Irina Lerman) и посмотрела на импозантного собирателя лайков, — такой эрудированный, интеллигентный, про моды знает, про астрофизику и внешнюю политику Китая.

— Ира, вот смотри, мы час трапезничаем, этот упырь уже с двух ракурсов сфотографировал свой бифштекс и помятый житейскими бурями фейс, понаставил, падла, хештегов, трижды вышел в перископ, передал приветы, держите меня семеро, своим фоловерам, зачекинился, лайнул фотографии твоих подруг с персями, за что уже, Ира, полагается смертная казнь…Теперь, сука, сидит и каментит топов. Он, может, ручку тебе поцелует, или заметит, что ты вообще-то напротив сидишь с декольте и призывно улыбаешься. Ты воображаешь себе вашу первую ночь? Он будет медленно снимать тебя в перископе, рукоблудить на лайки и потом, засопев, уснёт.
— Он просто активный юзер, ему всё интересно, разносторонне развитая личность.

— Обычный самовлюблённый упырь с пониженной самооценкой, который через лайки пытается на старости лет себя привести в чувства, бань его, Ира, и пошли отсюда. Ты смотри, эва, гардемарин-то выдаст глубокомысленный пост про тщетность бытия, и его утешают разбитные разведёнки, надеющиеся обрести в сети упущенное счастье. Или рассказ о любовной любви, что опять же вызывает бурный всплеск восхищения у чесальщиц мотального завода с тяжёлой судьбой. Потом он прибьёт реквизиты, для сбора денег, споёт тебе Вертинского и расскажет, как в это жестокое и непростое время тяжело быть понятым гению. Ира, стреляй.

— Мы перестали тегать любимых женщин.- Глубокомысленно выдохнул парубок и оторвал свой туманный взор от айпада.
Я потянулась за дробовиком…