0_fa1a5_1030848a_orig

PHIL SUZEMKA:

С годами я понял, что это именно про меня говорил тогда начальник пограничного училища.

Три человека ушли ночью в самоволку, напились, подрались, а наутро понуро стояли перед строем. Полковник, заложив руки за спину, медленно двигался мимо шеренги, поглядывая на нарушителей и гневно изрекая:

— В то время… когда весь советский народ… катит общественную бочку с мёдом… в сторону коммунизма… некоторые курсанты… пытаются прямо на ходу… сунуть в неё ложку дёгтя!

Это было давно. Понятия не имею, в какую именно сторону наш народ катит бочку с мёдом сейчас, но маленькая манерка с дёгтем, из которой торчит ложка, у меня, как у любого негодяя, есть…

10026_original

Я не понимаю массу вещей. Например, почему летают самолёты и откуда в лампочке берётся ток. Также не очень представляю себе квант. Просто не в курсе, большой он или маленький. Больше амёбы или меньше? Но предполагаю, что в микроскоп его всё-таки разглядеть можно.

Очень хреново у меня и с экономикой. Не дочитал вот в своё время второй том «Капитала» и всю жизнь мучаюсь. Конкретно, не могу понять, почему если нефть в мире дешевеет, то бензин в стране дорожает? Сижу думаю и не понимаю.

Но хуже всего у меня с философскими понятиями. Так до сих пор не определился, что мне дороже: звёздное небо надо мной или нравственный закон во мне. Отсюда — большая беда с духовностью.

9026_original

Духовность — это вообще какая-то такая вещь в себе, что последние зубы обломал. Мне представляется, что есть такая специальная пещера, закрытая на окованную дверь с семью замками. И там ещё надпись такая кириллицей — «Духовность». Латиницей, кстати, (типа «Doohovnost») ни разу не встречал.

Ключей от двери у меня нету, как в пещеру попасть — не знаю, а меж тем народ туда-сюда снуёт постоянно. Забегут, наберут чего-то непонятного и выбегают довольные.

Пробовал спрашивать у тех, кто при мне выбежал. Говорят: «Не, ну как… Духовность, она у нас с православием связана…» Я давай приставать: «А у католиков она есть?» Люди даже смеются: «Дурак, что ли, —  говорят. — На католиках же благости нету! Откуда у них духовность возьмётся?!»

Пару раз просил: «Может, хоть покажете?» А они так посмотрят на меня строго, глазами снизу вверх померяют, прикинут что-то и говорят: «Даже не думай. Тебе не понять. Ты её и не почуешь».

И у хохлов, говорят, духовности сейчас тоже не осталось. Раньше была, а потом вся в Донецк перетекла и сейчас там, по слухам, аж через край булькает вместе с благостью.

9644_original

Благость — тоже то ещё понятьице! Поди сообрази, на кого она попала, а мимо кого просвистела. Лучший способ —  спросить напрямую.

— На тебе благость есть?
— Есть, благодаря господа бога нашего Иис….
— Так, в пропасть его! Следующий!

Те, кому благость досталась, обычно выглядят маленько пришибленными: наверное, боятся, что она с них свалится при любом неверном движении. Поэтому ходят тихо, говорят вкрадчиво, пьют в одиночку.

По утрам тайком себя ощупывают и, невнятно пробормотав «Вроде, пока — да», уходят ловить заблудшие души, которым втирают про духовность. Контрацептивов не признают, детям сильно удивляются: «Сподобил же Господь, твою мать, прости мя, Владычица…»

Связь духовности с православием — это ещё полдела! А тут её усиливать стали. Святейший с коммунистами подружился, Зюганычу орден выписал. Сели они вдвоём, покумекали, решили Волгоград в Сталинград переименовать. Дальше — больше: Дзержинского вспомнили и договорились опять его на место поставить. Не на место в истории, а сразу на Лубянку. Причем, не того длинного, который там был, а какого-то нового и поменьше. Видимо, на вырост.

10307_original

Простой народ этому всему только обрадовался. «Правильно всё, — говорят, — так и надо! Наконец-то мы свою линию гнуть будем!»

Простой народ — он потому и простой, что всякой херне честно радоваться умеет. И линия у него почему-то вечно гнутая. Ни с какими другими даже в бесконечности не пересекается.

Но есть и образованные. С теми полный дурдом. Те сразу за культуру хватаются. Причем, если в культуре что-то не так, то тогда хватаются уже за парабеллум.

У нас, говорят, Толстой с Достоевским есть, а кругом, говорят, нигде нету. Вот, значит, отсюда на Западе духовная нищета и разврат, «Цирк дю Солей» и Монсеррат Кабалье вместо Надежды Кадышевой да Тютчева с его умом, аршином и другими национальными измерителями.

9354_original

Ну, про науку спорить я со своими представлениями о кванте не лезу. Про музыку тоже. Про художников вообще опасно. Поэтому накидываемся на литературу — про литературу все сразу умные.

Наша литература, говорят мне, она такая, какой нигде не сыскать. Лучшая. Хоть тресни, ничего интереснее не бывает. И мне им говорить, что литература в России слишком молода, чтобы лезть на первое место — бессмысленно.

А как это вообще объяснить можно? Вроде, просто: когда Беда Достопочтенный в VII веке сочинял по-английски своё «Geare ic þæt ongeat, þæt ðæt nowiht wæs þæt  we beeodan» (ничё язычок, да?), то нас еще даже не крестили. Нас тогда даже в кучку согнать было нереально. Через 400 лет таки согнали и попытались построить хотя бы по двое. С тех пор наш орднунг так и называется: «куча-мала».

8799_original

Потом, когда готы бегали от Феодоссии к Керчи и обратно, и, сверяясь с библией Ульфиллы, орали в сторону тавров «Let þans dauþans gafilhan seinans dauþans!» («Крымнаш», по-ихнему), то на Руси (или — «в Руси», кстати?…) еще не то что кириллицей, а и глаголицей не пахло.

Пока эти на своем острове всерьёз задавались вопросом, а правда ли, что «Eart þu se Beowulf se þe wið Brecan wunne on sidne sæ ymb sund flite?», в богохранимой от всяких Беофульфов России вятичи с кривичами как раз разрабатывали новомодное нано-изделие под названием «рожон» и им было не до литературных изысков.

К тому моменту, как закончилось каролингское возрождение и Хротсвита Гандермсгеймская откинулась с своём Гандермсгейме, наши только-только научились смс-ки на бересте писать. Ну, там «Верни кочергу» или «Приходи, налью», не больше.

И лишь после того, как Шекспир стырил у Артура Брука его «The Tragicall Historye of Romeus and Juliet», русская литература наконец-то разразилась бессмертным в своём первозданном идиотизме произведением «Шемякин Суд».

И это даже не говоря о всяких Аристофанах с Марциалами и «Троецарствии» с «Махабхаратой».

8493_original

Что ж получается? Они, которые за границей, они, что ли, во всём были первыми? Всё от них пошло?

Ага! Счас! Так мы их и пустили! Мало ли что там написал этот Шекспир, если сразу  видно, что он  не православный! И благости на нём — ноль. И богу он молился не по-правильному. То-то его сейчас, поди, черти у нас припекают!

Вот, кстати, тоже интересно устроено! Вроде, на Западе пытаются как-то юлить и  отмазываться в загробной жизни. Чистилище себе какое-то своё изобрели, на хилых рассчитанное, а Бога обмануть не получается! Бог же не фраер! Я вот ребят под Брянском поспрашивал (из тех, кто точно знает), так выяснилось, что все эти Сервантесы с Петрарками, как они там у себя ни выворачивайся, а в ад попадают именно в наш, в православный, куда им, собственно, всем и дорога! А кто в нашей бане был, тот, я думаю, и наше пекло себе хорошо представляет.

8006_original

…Но, всё равно, не понимаю я про духовность, а объяснить никто не может, хоть плачь! Но, тут согласен, меня сто раз люди предупреждали — или она у тебя есть, или её у тебя нету. И всё. Образование не помогает, только вредит. Чуять надо. И молиться, понятное дело.

Ну, сел я чуять. Сам себя нюхаю, а еще периодически морду в горние выси сую. Ничё не чую, только морда зря мёрзнет. Тоже ж, знаете, не май-месяц за мутными понятиями вот так вот по осени гоняться…

Сижу и думаю: «Хитрое это всё-таки дело — духовность. Казалось бы, не железным болтом схвачена, всего лишь какими-то скрепками духовными, а вот попробуй её словить! Наверное, каждый её по-своему понимать должен, да и всё…»

И как только я до этого додумался, сразу легче стало. Ну, какая, действительно, разница?! Я это так понимаю, а ты — по-другому, ну и что? Главное, что мы вместе. Нация. И даже отпустило меня как-то. Но ненадолго.

7460_original

Где-то с месяц радовался, а потом закрались сомнения, что всё равно я наши базовые ценности как-то неправильно понимаю. Потому, что духовность взяла да и упала ниже ста долларов за баррель. А банкам, говорят, Америка собирается последнюю благость отключить.

И на что мне теперь ориентироваться? Как в вере твёрду быть? Ведь если всё именно так, как рассказывают, то, значит, скоро коммунисты, теперь уже вместе с патриархом, снова погонят народ катить бочку мёда по особому, российскому, никем не торенному пути.

Самое, получается, мне время опять доставать любимую манерку с дёгтем и держать наготове проверенную годами ложку. Потому, что знаю я их: они ж далеко закатить могут.  Вместе с нами со всеми. Ведь уже не раз закатывали. А так, глядишь, еще и остановятся.

И пока будут мой отборный дёготь из своего контрафактного мёда выковыривать, может, и задумаются о чём-то, кроме благости и духовности. О себе, например. О детях своих и чужих, о доме своём и соседском. Да и о Боге, наконец. Хорошо бы, чтоб и Святейший о Нём, забытом, тоже вспомнил…

 

 

От редакции Мэйдэй: подписывайтесь на нас пожалуйста, это очень важно для нас:

Телеграм: t.me/mayday_rocks

Яндекс Дзен: zen.yandex.ru/mayday.rocks

Фэйсбук: facebook.com/mayday.now

Твиттер: twitter.com/MaydayRRRocks