solovey_china_1920

Валерий Соловей:

О российско-китайских отношениях бытуют две прямо противоположные точки зрения.
Первая: Россия и Китай образуют могучий альянс, противостоящий американскому гегемонизму.
Вторая: Россия движется по пути превращения в сырьевой придаток Китая. Обе исходят из некоторых фактов, беря их по отдельности, гиперболизируя и раздувая до идеологических фантазмов.
Реальность российско-китайских отношений совершенно иная, что я и постараюсь показать. В своем схематичном описании я опираюсь на многочисленные разговоры со знакомыми мне российскими и китайскими экспертами, а также не на столь многочисленные, но весьма важные беседы с теми правительственными чиновниками, которые непосредственно формулируют стратегию Россию на китайском направлении и отвечают за ее реализацию.

  1. Прежде всего, надо понять, что Китай — очень важный, возможно, ключевой, но далеко не единственный элемент восточной политики России. Россия впервые в своей истории пытается выстроить системную и целостную стратегию в отношении стран Дальнего Востока (Китай, Южная Корея, Япония) и Юго-Восточной Азии (здесь наиболее важны Малайзия, Сингапур, Вьетнам и, возможно, Таиланд).
  2. Необходимость этой стратегии назревала давно. В экономическом плане у России последние двадцать лет был заметный дисбаланс между западным и восточным направлениями в пользу Европы. Однако именно АТР представляет собой самую динамично развивающуюся экономику и самый большой рынок. И это верно, несмотря даже на некоторое экономическое ослабление Китая.
  3. Однако, как это сплошь и рядом происходит в России, разворот на Восток был не постепенным и планомерным, а хаотичным и форсированным ввиду резкого ухудшения отношений с Западом и введения санкций.
  4. Этот «сумбур вместо музыки» на первых порах породил у части российской элиты завышенные ожидания в адрес Китая: де, мол, быстро получим от Китая кредиты и технологии, способные по размерам и качеству, пусть и не полностью, но заместить западные. Довольно быстро эта эйфория иссякла. В настоящее время превалирует, по словам моих собеседников, «реалистический взгляд на Китай и Восток».
  5. Этот реализм в следующем: «восточный гамбит» России трактуется именно как долгосрочная стратегия, а не ситуативный ход в противостоянии с Западом; есть понимание, что выработка новой модели отношений с Востоком будет длительной, непростой и займет годы; акцент в этой модели делается, прежде всего, на интересы, а не на идеологию и ценности; вместе с тем, приверженность восточных стран авторитаризму облегчает понимание.
  6. Отношение к спаду российско-китайского товарооборота довольно спокойное: при нестабильном рубле и фондовом кризисе в Китае иначе быть и не могло. Но это временный спад. Хотя кредитование в китайских банках оказалось делом непростым и более дорогим, чем в западных, его все же удается наладить.
  7. К числу первых достижений относят поток инвестиций на Дальний Восток. Его там элементарно не могут освоить — нет достаточного числа проектов.
  8. Нефтяные и газовые контракты с Китаем оцениваются критически. Даже при высоких ценах на нефть они были нужны скорее как источник валюты «Роснефти» и «Газпрому», но не стране. Вопрос в том, есть ли у «Роснефти» и «Газпрома» альтернатива?
  9. Однако экспортный потенциал России не сводим лишь к поставкам сырья и вооружений, хотя пока они и превалируют. Весьма перспективным считается экспорт на Восток (причем далеко не только в Китай) сельхозпродукции, в том числе экологически чистой. Разрабатывается целый ряд масштабных проектов, в том числе в области высоких и информационных технологий.
  10. Предоставление китайцам права долгосрочной аренды земель рассматривается как решение, подчеркивающее, что российско-китайские отношения строятся на десятилетия. Также здесь присутствует важный прагматический аспект: как показывает опыт, при долгосрочной аренде китайцы обращаются с землей и ресурсами бережно, при краткосрочной — хищнически.
  11. Страха китайской экспансии у Москвы нет, эту угрозу считают надуманной. Вместе с тем ясно видят, что китайцы в крайней жесткой манере пытаются обернуть ситуацию себе на пользу и привязать Россию.
  12. Любая зависимость от Китая рассматривается как категорически неприемлемая. В Москве есть твердая уверенность, что рано или поздно российско-западные отношения будут нормализованы, и Запад уравновесит возросшее влияние Китая. Синофилов в российском руководстве нет. И не будет.
  13. Страны постсоветского пространства, через которые проходит «новый шелковый путь» и где активен Китай, остро нуждаются в том, чтобы Россия уравновесила в них влияние Китая. На сей счет между Россией и Китаем, похоже, имеются негласные договоренности.
  14. Для Китая чрезвычайно важно поддерживать дружеские отношения с Россией и не провоцировать ее недовольство. И дело не только в поставках российского сырья. Китай очень боится стратегического окружения, формирования направленного против него альянса России — США — Японии — Южной Кореи — части Юго-Восточной Азии.
  15. Поэтому Россия для Китая — стратегический тыл и гарантия того, что в спину не воткнут нож, пока Китай будет реализовывать свои амбиции на юге.

В общем, картина российско-китайских отношений выглядит неоднозначной, динамичной и весьма интригующей. Разумеется, это всего одна из многих точек зрения. Правда, она отличается лучшей информированностью.

 

 

От редакции Мэйдэй: подписывайтесь на нас пожалуйста, это очень важно для нас:

Телеграм: t.me/mayday_rocks

Яндекс Дзен: zen.yandex.ru/mayday.rocks

Фэйсбук: facebook.com/mayday.now

Твиттер: twitter.com/MaydayRRRocks