Методичка для идиотов-1. Как защитить стратегические объекты. Аэростаты
2 октября, 2026 7:48 пп
Мэйдэй
Юрий Романенко:
С марта 2022 года я постоянно писал о различных методах защиты стратегических объектов. Различные специалисты рассказывали, что мы профаны и диванные эксперты ничего не понимаем, потому не нужно совать свой нос туда, куда не нужно. И вообще, мы переоцениваем уровень угроз. Спустя четыре года я могу смело сказать, что уровень угроза недооценивали «специалисты» и топ-менеджеры, получающие сотни тысяч гривен в месяц зарплаты и миллионы бонусов. Вся эта пафосная менеджерская шантрапа сейчас чешет репу, что делать, потому что бездарно протратила время и уйму денег. При этом они отметали простые решения, как «глупые». Давайте посмотрим, кто является глупым на самом деле.
Я потратил около 15 минут, чтобы проработать это решение с ИИ.
Мы слишком привыкли мыслить ПВО как ракетой против дрона. Но против массовых дешёвых БПЛА нужна другая логика: часть целей надо снимать пассивно, до того как по ним вообще придётся работать дорогими средствами.
Один из вариантов — аэростаты с тросовыми и сетчатыми барьерами.
Смысл не в том, чтобы «поймать» реактивный дрон. Это и не нужно.
Нужно, чтобы на скорости 600–800 км/ч он зацепился крылом, оперением, корпусом или воздухозаборником, получил асимметричную нагрузку, потерял устойчивость, разрушился или ушёл с траектории.
Для понимания масштаба.
Реактивный БПЛА массой 150 кг на скорости:
600 км/ч несёт около 2,1 МДж кинетической энергии;
700 км/ч — 2,8 МДж;
800 км/ч — 3,7 МДж.
Пытаться полностью остановить такую энергию одной сетью бессмысленно. Но системе этого и не требуется. Ей достаточно разрушить аэродинамику аппарата.
Теперь геометрия.
Если нужно перекрыть фронт длиной 1 км и высотой 150 м, площадь барьера составляет 150 тысяч м².
Сплошная сетка слишком тяжёлая. А вот разреженная решётка с ячейкой 5×5 м потребует примерно 60 км троса.
Если использовать лёгкий высокопрочный трос, масса рабочего материала составит всего несколько сотен килограммов. Даже вместе с креплениями и несущими элементами это примерно 0,5–1 тонна на километр фронта.
Главная проблема здесь не масса, а ветер.
При ветре 20 м/с такой километровый барьер может получать горизонтальную нагрузку порядка 3–4 тонн-силы.
Это серьёзно, но технически решаемо.
Теперь главное — вероятность контакта.
Для дрона характерным размером около 2 метров:
ячейка 10 м даёт примерно 36% вероятности зацепления;
8 м — около 44%;
6 м — около 56%;
5 м — около 64%;
4 м — около 75%.
То есть оптимум, вероятно, лежит где-то в районе 4–6 метров.
Допустим, один рубеж в реальности даёт всего 25–30% вероятности сорвать атаку.
Кажется немного.
Но четыре независимых рубежа дают уже примерно:
при 25% на рубеж — около 68%;
при 30% — около 76%.
Пять рубежей при 30% — уже около 83%.
Именно в этом смысл системы.
Она не должна быть идеальной.
Она должна быть многослойной.
Если на объект летят 20 БПЛА и пассивные барьеры снимают две трети, то до активной ПВО доходит не 20 целей, а примерно 6–7.
Это уже совсем другая нагрузка на систему ПВО.
Теперь деньги.
По нашим предварительным расчётам полноценный аэростатно-тросовый комплекс для крупного объекта может стоить порядка 50–120 млн грн.
Рабочая средняя оценка — около 60–80 млн грн на объект.
В эту сумму входят:
аэростаты;
лебёдки;
тросы;
якорные системы;
автоматика;
гелий;
резервные оболочки;
монтаж;
запас ремонтных секций.
Для 100 объектов простое масштабирование даёт 5–12 млрд грн.
Но при серийном производстве и стандартизации я бы ориентировался на 4–9 млрд грн.
Центральная оценка — около 6 млрд грн.
Это уже не фантастический бюджет.
Особенно если речь идёт о защите мостов, подстанций, ТЭЦ, крупных энергетических узлов и другой критической инфраструктуры.
Главный вопрос сегодня даже не цена.
Главный неизвестный параметр — насколько часто контакт с тросом реально приводит к разрушению или потере управления конкретным типом БПЛА.
Если эта вероятность 20% — система слабая.
Если 50% — уже интересная.
Если 70–80% — это может быть очень эффективное дополнение к ПВО.
Поэтому нужны не бесконечные разговоры, а полигон.
Нужно взять реальные скорости, реальные массы, разные типы тросов и сеток и получить экспериментальную таблицу:
скорость + масса БПЛА + размер ячейки + тип троса = вероятность срыва атаки.
После этого можно уже точно считать экономику, но сама логика очевидна.
Мэйдэй
Юрий Романенко:
С марта 2022 года я постоянно писал о различных методах защиты стратегических объектов. Различные специалисты рассказывали, что мы профаны и диванные эксперты ничего не понимаем, потому не нужно совать свой нос туда, куда не нужно. И вообще, мы переоцениваем уровень угроз. Спустя четыре года я могу смело сказать, что уровень угроза недооценивали «специалисты» и топ-менеджеры, получающие сотни тысяч гривен в месяц зарплаты и миллионы бонусов. Вся эта пафосная менеджерская шантрапа сейчас чешет репу, что делать, потому что бездарно протратила время и уйму денег. При этом они отметали простые решения, как «глупые». Давайте посмотрим, кто является глупым на самом деле.
Я потратил около 15 минут, чтобы проработать это решение с ИИ.
Мы слишком привыкли мыслить ПВО как ракетой против дрона. Но против массовых дешёвых БПЛА нужна другая логика: часть целей надо снимать пассивно, до того как по ним вообще придётся работать дорогими средствами.
Один из вариантов — аэростаты с тросовыми и сетчатыми барьерами.
Смысл не в том, чтобы «поймать» реактивный дрон. Это и не нужно.
Нужно, чтобы на скорости 600–800 км/ч он зацепился крылом, оперением, корпусом или воздухозаборником, получил асимметричную нагрузку, потерял устойчивость, разрушился или ушёл с траектории.
Для понимания масштаба.
Реактивный БПЛА массой 150 кг на скорости:
600 км/ч несёт около 2,1 МДж кинетической энергии;
700 км/ч — 2,8 МДж;
800 км/ч — 3,7 МДж.
Пытаться полностью остановить такую энергию одной сетью бессмысленно. Но системе этого и не требуется. Ей достаточно разрушить аэродинамику аппарата.
Теперь геометрия.
Если нужно перекрыть фронт длиной 1 км и высотой 150 м, площадь барьера составляет 150 тысяч м².
Сплошная сетка слишком тяжёлая. А вот разреженная решётка с ячейкой 5×5 м потребует примерно 60 км троса.
Если использовать лёгкий высокопрочный трос, масса рабочего материала составит всего несколько сотен килограммов. Даже вместе с креплениями и несущими элементами это примерно 0,5–1 тонна на километр фронта.
Главная проблема здесь не масса, а ветер.
При ветре 20 м/с такой километровый барьер может получать горизонтальную нагрузку порядка 3–4 тонн-силы.
Это серьёзно, но технически решаемо.
Теперь главное — вероятность контакта.
Для дрона характерным размером около 2 метров:
ячейка 10 м даёт примерно 36% вероятности зацепления;
8 м — около 44%;
6 м — около 56%;
5 м — около 64%;
4 м — около 75%.
То есть оптимум, вероятно, лежит где-то в районе 4–6 метров.
Допустим, один рубеж в реальности даёт всего 25–30% вероятности сорвать атаку.
Кажется немного.
Но четыре независимых рубежа дают уже примерно:
при 25% на рубеж — около 68%;
при 30% — около 76%.
Пять рубежей при 30% — уже около 83%.
Именно в этом смысл системы.
Она не должна быть идеальной.
Она должна быть многослойной.
Если на объект летят 20 БПЛА и пассивные барьеры снимают две трети, то до активной ПВО доходит не 20 целей, а примерно 6–7.
Это уже совсем другая нагрузка на систему ПВО.
Теперь деньги.
По нашим предварительным расчётам полноценный аэростатно-тросовый комплекс для крупного объекта может стоить порядка 50–120 млн грн.
Рабочая средняя оценка — около 60–80 млн грн на объект.
В эту сумму входят:
аэростаты;
лебёдки;
тросы;
якорные системы;
автоматика;
гелий;
резервные оболочки;
монтаж;
запас ремонтных секций.
Для 100 объектов простое масштабирование даёт 5–12 млрд грн.
Но при серийном производстве и стандартизации я бы ориентировался на 4–9 млрд грн.
Центральная оценка — около 6 млрд грн.
Это уже не фантастический бюджет.
Особенно если речь идёт о защите мостов, подстанций, ТЭЦ, крупных энергетических узлов и другой критической инфраструктуры.
Главный вопрос сегодня даже не цена.
Главный неизвестный параметр — насколько часто контакт с тросом реально приводит к разрушению или потере управления конкретным типом БПЛА.
Если эта вероятность 20% — система слабая.
Если 50% — уже интересная.
Если 70–80% — это может быть очень эффективное дополнение к ПВО.
Поэтому нужны не бесконечные разговоры, а полигон.
Нужно взять реальные скорости, реальные массы, разные типы тросов и сеток и получить экспериментальную таблицу:
скорость + масса БПЛА + размер ячейки + тип троса = вероятность срыва атаки.
После этого можно уже точно считать экономику, но сама логика очевидна.