Менеджмент с маркетингом, или «Есть одна у лётчика мечта…»

1103

Алексей Курганов

Ранним июльским утром бывший учитель русского языка и литературы, а ныне — менеджер по уборке (тротуар метёт по чётной стороне переулка Старых большевиков) Иван Иванович Почечуев пришёл к своему давнишнему другу, ведущему инженеру машиностроительного завода, а ныне — менеджеру по погрузочно-разгрузочным работам (грузчик в гастрономе номер пять) Сидору Аркадьевичу Закукуеву.

— Сидор, — сказал Иван. – Скажу тебе, как политолог политологу… Как бы нам освежиться после вчерашнего?

— Отнюдь, —  с готовностью согласился Закукуев. – Заведение «Василёк» всегда к нашим услугам!

Друзья пересекли проспект Новых русских и открыли дверь в искомое, желаемое и вожделенное. Здесь было хорошо. Здесь собирались люди, которые звучат гордо, потому что ощущают в себе искомое и нетленное.

— Два по двести, две пива и два беляша, —  сказал Иван Иванович менеджерше по обслуживанию —  густобровой девице аппетитных форм, монументально возвышавшейся над буфетной стойкой.

— Беляши разогрейте, пожалуйста.

Менеджерша фыркнула, но всё же налила и разогрела. Её прекрасное лицо излучало готовность к услужливости и, одновременно, необузданность страстей. Хорошо воспитана, подумал Иван Иванович. Как далеко ушёл прогресс!

Они взяли заказанное в руки, перенесли его на столик у окна, уселись, отпили по половине стакана, откусил от беляшей и отхлебнули из пивных кружек.

— А есть ли у вас, Сидор Аркадьевич, мечта? – спросил Иван Иванович, доставая из пачки сигаретку.

— Есть, — признался тот, – Ещё с детства.

— Секрет?

— Почему же? Я с самого детства мечтал иметь корову.

— В каком смысле? – всполошился Иван Иванович. Он очень ценил своего друга, и поэтому не могу допустить мысли, что тот страдает половыми извращениями.

— В сельскохозяйственном, — успокоил его Сидор Аркадьевич и мечтательно прикрыл глаза.

— Чтобы молоко давала! – догадался Иван Иванович, и его  лицо озарилось просветлённой улыбкой.

— И молоко тоже, — не стал возражать друг. – Но главное, чтобы её пасти.

— Не понял, — честно признался Иван Иванович. – Что значит «пасти»?

— А то и значит. Вы, Иван Иванович, только представьте себе картину: ранее летнее утро, часов пять. Солнышко только-только поднялось из-за горизонта, ещё нет изнуряющей жары — и тишина. А ты выходишь из дома во двор, идёшь в хлев, выводишь оттуда свою ненаглядную бурёнушку и идёшь с ней за околицу, на какой-нибудь живописный косогор, поросший клевером. И вокруг — никого! Только птички щебечут в вышине! А?

— Да. Красота, — согласился Иван Иванович и отхебнул из кружки.

— Кстати, о вышине. У меня ведь тоже была мечта. Лётчиком хотел стать. Скоростным истребителем. Помните, Сидор Аркадьевич, была такая  песня: «есть одна у лётчика мечта. Высота-высота…».

— Великолепная песня! – охотно поддержал его Сидор Аркадьевич. – Чего ж не стали?

— Да та как-то всё…, — неожиданно смутился Иван Иванович. – Дом, учёба, армия. Семья, дети…

— А может, это и хорошо, что мечты наши не сбылись? – выдвинул интересную мысль Сидор Аркадьевич. – Может, они и не должны сбываться? В конце концов, мечта мечтой, а реалии – реалиями. Взять, например, нас. Освоили прекрасные профессии менеджеров, работы имеем серьёзные, всегда востребованные. Что  ещё надо?

— Ничего, — согласился Иван Иванович. – Вы правы. Мечты-мечты, где ваша сладость…

Они допили пиво и вышли на улицу. Один пошёл мести,  другой – грузить. Всё правильно. Всё так и должно быть, согласно призванию, способностям и получаемым зарплатам.