Латынина и Христос: «слон в посудной лавке»

Декабрь 18, 2018 11:50 дп

MayDay

Лев Симкин поделился

Gleb Iastrebov:

Просили прокомментировать книгу Латыниной. Книга называется «Иисус», но до Евангелий она доходит только в 8-й главе, уделяя им очень мало внимания, а до этого пересказывает историю Израиля. Эта первая часть книги — во многом конспект заинтересовавших ее научных работ (где-то магистральных, где-то маргинальных).
Пишет с интонацией разоблачителя, но ее представления об ИСТОКАХ Израиля, скорее, консервативны. Излагая документарную гипотезу, шпарит по Фридману: он ей нравится настолько, что она называет его «лучшим библеистом современности». Обсуждая исход, начинает с ценимого ей Финкельштейна, но, не давая читателю вкусить всю меру его скептицизма, быстро перескакивает к старой статье Зерталя (1985 г.) и и с интонацией южного баптиста объявляет:
«Почему для нас так важен алтарь на горе Гебал? Потому что он подтверждает легенду об Исходе…Алтарь на горе Гебал — это наше важнейшее подтверждение существования Моисея. Это, в переводе с археологического, надпись: «Здесь был Иисус Навин»»».
Помилуйте, Юлия Леонидовна, 2018 год на дворе, евангелики и то осторожнее. Даже консервативнейший Китчен в своей монографии выносит по этому алтарю вердикт non liquet. Даже в NIVAC пишут, что сие сомнительно. Уже не говоря об остальных.
Но мадам задумала «обсуждение фантастической биографии Моисея» «колдуна и сына бога») в другой книге. Понятно, что на научной базе такое невозможно, и в осторожно-скептическом климате академического мейнстрима Латыниной просто скучно.
Познания в иврите явно нулевые, но держится с апломбом и время от времени объясняет (не всегда верно), где и как надо переводить.
И все-таки до определенного момента она более-менее следует научной канве.

***
Но по мере того как она продвигается от вавилонского плена к 1 веку качество падает. Она практически перестает ссылаться на серьезную литературу. Отчет об Иудее 1 века совсем неудачен. То и дело она берет лишь одну из научных гипотез (подчас эксцентричную) и делает далеко идущие выводы. Скажем, то, что упомянутые в НЗ «иродиане» — это люди, которые считали Ирода Мессией, лишь одна из пары десятков недоказуемых версий. (Они могут оказаться даже ессеями, как думает Джоан Тейлор.) Опираться на свидетельство Тертуллиана, не упоминая контраргументов, наивно. Дальше с Иродом у нее идут замки на песке: даже если ессей Менахем и ессей, напарник Гиллеля — одно лицо (старая теория), ее жизнеописание Менахема вилами по воде писано. Среди прочего, она опирается на крайне спорные выкладки Кноля, не упоминая возражения оппонентов (и возможно, не зная о них).
Но это еще пустяк. В центре ее концепции стоит взгляд на Кумран, очень далекий от современной кумранистики. За отправную точку она берет «Свиток войны» (тенденциозно истолкованный), а базовую канву сдирает у Эйсенмана со всем его фричеством. Получается: Кумран контролировался Иаковом, братом Иисуса, фанатиком-зелотом (при этом зелоты = ессеи!!). Здесь объективность на нуле, многочисленные факты и аргументы против она не упоминает.
(О второй части книги напишу позже.)
***
Вообще — слон в посудной лавке. Но одну позитивную вещь скажу. Хотя в книге есть масса слабого и наивного, мне понравился сам факт, что журналистка читает Девера и Рёмера, восхищается Фридманом. Многие из ее благочестивых критиков не подозревают о самом существовании всей этой литературы, этих вопросов.

Loading...