Милиция с утра очень отрезвляет и приводит в чувство.
Стояла как всегда у урны, выдыхала дым. И как всегда в такие минуты мне казалось, что всесильна, и что Ленин напротив метро улыбается и торжественно показывает что- то лично мне.
Созвучно празднику подходят два счастливейших человека в отглаженной форме. Готовились, значит. Улыбаются, распахивают руки, показывая радостное гостеприимство, сдержанное лишь наличием прохожих и пониманием неожиданности минуты.
Будто само появление такого курильщика, как я — яркий праздник для всего отделения.
Мне освободили проход в метро, взяли ласково за локоточки с обеих сторон, и как цыгане барина повели в отдельную комнату с мягкими диванами и приятным духом законности и порядка повсюду.
— Так, вот вам лист, объяснительную пишите. Что курили, почему у метро. Ну и т.п.
А как это объяснишь? Напишешь правду – про потерянное детство, несчастную жизнь и одинокие ночи с котом, порвут в клочья и решат, что издеваюсь, пришьют статью 319 «оскорбление представителя власти».
Сижу, в состоянии никотинового слабоумия, делаю вид, что звоню папе. Так и говорю « Привет, Папа! Ты у меня мэр, помоги!»
Поняв, что я упрямо отказываюсь рефлексировать, процедуру взяли в свои руки.
— Ладно, паспорт и как зовут?
— Маманька Ивашкой кличут, — говорю жалостливо.
По паспорту всё равно вычислят, что я из простых.
— Дяденька, дяденька отпустите! Нас в семье семеро было… — начинаю я, вспомнив первые годы в столице.
Дяденька покачал головой, отняв у меня последнюю надежду утопающего во лжи.
После долгого изучения паспорта, дяденька вдруг взбодрился. Как будто в результате длительного и сложного расследования вдруг раскрыл и понял все мотивы преступника. В данном случае меня. Выждав театральную паузу, майор торжественно произнёс, взмахнув паспортом как вещественной уликой.
— Курильщица — то наша из Магадана!
Те на удивление поддержали его восторг. Значительно кивнули. Видимо, в том смысле, что рано или поздно все мы, сбежавшие с каторги, возвращаемся обратно. Такой уж мы народ.
— Мне на работу надо, дяденька! Давайте, заплачу и пойду. Нас в семье семеро было…
Но дяденька встал сзади меня, поближе к двери. Почувствовал, что какое- то постороннее мероприятие может сорвать профилактическую работу с преступником.
С холодным достоинством потомственной колымчанки выслушала лекцию, написала объяснительную, и отдала пачку. Всё, как в первый раз. Дай Бог, что в школу не сообщили.

 

 

От редакции Мэйдэй: подписывайтесь на нас пожалуйста, это очень важно для нас:

Телеграм: t.me/mayday_rocks

Яндекс Дзен: zen.yandex.ru/mayday.rocks

Фэйсбук: facebook.com/mayday.now

Твиттер: twitter.com/MaydayRRRocks