gusev05

часть 2 здесь

Про Гусева

Потом жизнь сложилась так, что я отправился на журналистскую практику в город Уфа, и там познакомился  с одним из первых, появившхся тогда в России черных поясов, звали его Павел Петров и он был воспитанником школы шито-рю, которую тогда в СССР возглавлял сэнсей Сато.

Вместе с Павлом мы начали тренироваться, устроили даже показательные выступления в летнем лагере студентов Уфимского авиационного института. А Павел потом дал мне контакты с Юрием Орловым, одним из первых учеников Сато.

И тут карате на меня обрушилось во всем своем великолепии. Я ходил на тренировки к сэнсею-жулику, я ходил на тренировки к замечательному мастеру Юре Орлову, а когда он разрешил мне вести тренировки на журфаке, я ходил на тренировки к ученикам.

Мой отец, Царствие ему небесное, относился к моим занятиям недоверчиво. Присматривался, присматривался, а потом устроил меня в спецгруппу, где занимались сотрудники МВД и КГБ. Кстати, в том же самом Дворце водного спорта, где я потерял интерес к  спортивному плаванию. Иногда выходило по три тренировки в день. Отец понял, что я уже выматываюсь, приезжал за мной на вечерную тренировку к ДВС, я выходил отуда, садился в машину и засыпал сразу же.

На одну из тренировок на журфаке МГУ ко мне попросился юноша, сказавший, что он занимается кунг фу, но у него проблемы с залом. Я разрешил ему тренироваться здесь. Он занимался в конце зала, за спинами учеников основной группы. И делал малопонятные для меня, как каратека, движения. Похожие, правда.

Однажды случилась неприятность. Кто-то из зарубежных сэнсеев карате в МГУ сломал кому-то из своих учеников или руку, или ногу. Суть в том, что руководство кафедры физкультуры нашего факультета (одно из них было высохшей женщиной с пергидрольными волосами)  подошло ко мне и сообщило, что тренировки по карате на неопределенный срок в Университете запрещены. А мне не мешало бы сдать зачет по плаванию (по нормативам третьего юношеского рязряда).

Сдал, конечно. Пригласили выступать за сборную университетапо плаванию, были посланы…

Ученики томились без зала, а я тогда не понимал, что зал – это не главное. И тут подошел молодой человек из кунг фу и сказал, что со мной хочет встретиться его учитель, имя которому Валерий Гусев. Встретились у станции метро «Университет». Человек был невысоким, но очень квадратным. В длинном черном пальто, и барашковом правительственном головном уборе по прозвищу «пирожок»…

Потом мы поехали смотреть зал на Щербаковке. Там шла тренировка, и ребята в черных китайских ги с длинным рукавами, как у Пьеро, чего-то там ковыряли пальцами в воздухе, садились в глубокие стойки, и мягко двигались.

Посмотрел, запомнил визуально. А ночью проснулся в холодном поту, осознав, что что ковыряние пальчиками – оно смертельно при правильном попадании. Мне было очень страшно той ночью. И страшно интересно. Мы начали заниматься.

Я с гусевскими старшими учениками, затем со своей группой. И все время приглядывался к кунг фу.

Однажды после занятий я достал Валерия Кимовича очередным тупорылым каратешным вопросом: чем кунг фу отличается от карате?

— Да тем, хотя бы, — раздраженно ответил он, что вы почти не умеете делать удары со сбросом энергии, — и треснул кулаком в дверь зала, обитую жестью.

В металле остались вмятины. Старший ученик, Сережа, по прозвищу Дракон, хмыкнул, подошел к двери, ударил и тоже оставил вмятину, но чуть поменьше. И тоже ушел.

— Подумаешь, — подумал я, подошел к двери, ударил… и не оставил ничего. Бил и с правой и с левой, пока не сломал себе кентус левой руки.

На следующей тренировке я пристал к мастеру с подготовленными вопросами, опять достал его, и он показал мне технику этого удара, траекторию реверсного движения, закрутку и прочее.

И я, как идиот, отрабатывал это на следующий день утром перед зеркалом до тех пор, пока у меня не получилось. А получилось так, что я, ударив по воздуху, вдруг почувствовал холодный штопор внутри живота, рухнул на колени. Оклемался часа через два. Потом пришел к Валере и спросил, почему так произошло.

— Потому что ты – мудак, — ответил он. – Удары со сбросом нужно отрабатывать по живому – по листьям деревьев, по животным, по людям, в конце-концов, по дереву, обитому железом, но главное —  чтобы был приемник энергии. А ты взял, и стукнул сам себя…

Еще через несколько лет после того, как я забросил карате и начал заниматься кунг фу, понял, что для таких ударов не только приемник энергии нужен, но и сама энергия, которую ты сбрасывать собираешься.

А еще лет через десять я понял, что все тао лу в кунг фу (ката – по-японски), заточены именно под набор энергии, и заниматься надо вовсе не для того, чтобы потом этой энергией разбрасываться в кого ни попадя.

А потом я начал подключать к занятиям раджа-йогу, а Валера Гусев невзначай подсунул мне Касатанеду, который ходил тогда в машинописных распечатках…

Опасная книга, скажу я вам…

Особенно, когда из собственного представления себя воином, ты оказываешься воином в реальности. Поигравшись с энергетикой на гражданке, я неожиданно оказался лицом к лицу с холодом смерти в дружественной республике при исполнении интернационального долга. И тут техника накладывания в штаны, как показывает практика, нередко опережает овладение другими техниками. Это неприятно.

Если бы не кунг фу, наверное я не выжил бы. Я лично. Хотя у нас в роте я и еще один парнишка были самыми младшими по спортивным званиям, он – КМС по боксу, я – по карате. Остальные были мастерами спорта, и был даже мастер спорта международного класса. Из 140 человек в живых осталось 36. У меня получилось выжить. У некоторых из моих учеников не получилось. И учеников других учителей тоже.

Просто начинаешь понимать, что играть с силой, с энергией, как хотите называйте, в игрушки, можно только до поры до времени, а в жизни к ней нужно относиться очень серьезно, и внимательно.

Потом, после дембеля, через много лет я спросил у своего учителя: «Валера, все-таки, учение дона Хуна, Кастанеда, что это такое? Их магичесчкие пляски имеют родство с тао лу, но они какие-то не центрованные…»

— Потому что все эти мексиканцы «на****или» китайскую технику, не выучили ее, как следует, в результате, обосрали, — в сердцах сказал он. – И Кастанеда этот жулик и хреновый ученик…

Чуть ли не ту же фразу слово в слово потом повторил один из учеников Кастанеды Владимир Яковлев.

Так интересно…

Вообще учеником быть интересно.

Ученик кунг фу, да и любого боевого искусства, которое стремится к развитию человека, должен прежде всего ВНИМАТЬ. Относится с ВНИМАНИЕМ к любым деталям,окружающим его существование не только на тренировке.

Именно поэтому старший ученик Гусева Серега по прозвищу Дракон говорил мне, что у него тренировки начинаются, как только он ставит ноги с койки на пол, отработка ударов – когда он выходит на улицу, а потом работа над техникой, затем сон, в котором он вспоминает свои ошибки и понимает развитие ударных связок.

Насчет улицы – вот вам рецепт Сугато Сэнсиро, который стал героем фильма Куросавы «Гений дзюдо»

Рецепт N4

Сугато Сэнсиро все время думал над развитием своей техники. И запросто мог во время прогулки по улицам Токио, к примеру, придумать какой-нибудь приемчик, который его осенил, и моментально исполнить его на прохожем. Так делать ни к чему…

Ну а теперь о секретах от мастеров.

Тадеуш Касьянов, один из отцов-основателей советского карате, сказал мне:

— Никаких  секретов в боевых искусствах нет. И быть не может. Для нас. Тех, кто боевыми искусствами занимается.

Юрий Вдовин, которому недавно всестилевая федерация карате РФ присвоила 8-й дан:

— Приятно, конечно, но я не знаю, что мне с ним делать.

То же самое он сказал, когда ему подарили огромное полотенце с изображением Брюса Ли во весь рост. И потом он вот что еще сказал – «за сорок лет занятий я понял, какая ерунда вот это все». Он начал изображать цки с громким выдохом.

— Юра, Юра, — утешал его я , — ты только ученикам не проболтайся.

— А что не ерунда? – поинтересовался стоявший рядом второй дан.

— Тай цзи – не ерунда. И айкидо…

Тут надо вот что запомнить. В ушу кунг фу есть такое деление на внутренние и внешние стили. На самом деле – это тоже ерунда. Достаточно заставить каратека исполнить любой хейян в ритме тайцзи, используя принцип маятника, когда окончание одного движения вызывает начало другого, этот хейян уже станет тао лу из внутренней техники. Зато внешней очень поможет.

И я тут понял, для чего внешние стили нужны – чтобы при их помощи отбиваться от людей с вопросами в чем разница между внутренними и внешними техниками, чтобы эти люди не мешали заниматься внутренними стилями. Китайская шутка…

У Бинь, президент Пекинской Академии ушу, тренер пекинской сборной по ушу, мастер стиля У Тайцзи цюань в пятом покололении, при Мао Дзе Дуне на 10 лет сосланный в трудовые лагеря за преподавание своего семейного стиля, среди сонма учеников воспитал такого, как Ли Лянь Дзе, более известного публике, как Джет Ли.

В Пекинской академии, скажу я вам, очень строгий отбор учителей. Там преподают самые классные мастера Китая разных стилей и школ, за исключением, тех, кто не хочет там преподавать. И учеников туда отбирают специальные экспедиции академии, которые разъезжают по всей стране и ищут способных детишек лет пяти, которые и превращаются в учеников. В академии, помимо академической программы образования, с изучением иностранных языков и множества других обязательных дисциплин, — три трехчасовых тренировки в день. Выходной один – воскресенье.

После того, как Ли Лянь Дзе снялся в фильмах «Монастырь Шаолинь», на него появился спрос в международном кинематографе, и он был откомандирован страной в Америку, чтобы зарабатывать валюту для Китая, его партии и народа.

— Плохой ученик, — сказал мне про него У Бинь, когда Джет Ли уже был человеком с мировым именем и обитал где-то в недрах Голливуда.

— Почему?

— Тренировки пропускает…

Понятно, да?

То есть, не надо нам обольщаться. Мы  все – плохие ученики. Что мастера, что начинающие.
Но надежда есть. Как говорит Валерий Гусев, есть люди, которые приходят, насмотревшись фильмов с Джетом Ли, и думают, что здесь их за полтора часа летать научат. Никто их этому не научит.  А есть люди, которые всю жизнь этому посвящают. Не значит, что они тупо целыми днями пропадают на тренировках. Им достаточно ухватить хотя бы часть техники, и они способны из нее целый стиль создать. Просто есть люди кунг фу. И есть просто люди.

Так зачем заниматься? Для борьбы со злом?

На первых этапах развития, я говорю ученикам, вы должны определиться на тренировках, кто из вас главнее – вы или ваше туловище. Это первые поиски внутреннего зла.

А насчет зла внешнего…
Как-то при съемках документального фильма «Черный пояс» о развитии боевых искусств в СССР (кино снималось для Рен-ТВ), я задал Юрию Вдовину вопрос для телезрителей:

«Объясните парадокс, карате нужно для борьбы со злом, но в то же время учителя запрещают своим ученикам применять боевые искусства за пределами зала. Чего делать-то?»

Он ответил так: «А со злом не надо бороться. Просто самому не надо его делать…»

А кунг фу делать надо. Все, что можно делать, надо стараться делать кунг фу…

 

 

От редакции Мэйдэй: подписывайтесь на нас пожалуйста, это очень важно для нас:

Телеграм: t.me/mayday_rocks

Яндекс Дзен: zen.yandex.ru/mayday.rocks

Фэйсбук: facebook.com/mayday.now

Твиттер: twitter.com/MaydayRRRocks