city_in_darkness_by_storkner-d39cy6w

Алексей Рощин:

— Давайте я, Катя, — сказал я. – Заело, наверно, что-то!

И я как следует навалился на дверь. Она не шелохнулась. Я надавил еще, аж застонал от натуги. Никакого эффекта!

— Во дела!

Я аж запыхался, пришлось расстегнуть верхнюю пуговицу на рубашке. – Какие-то чудеса. Что за шутки? Может, у вас администрация так шутит, типа, новогодние розыгрыши?

Катя негодующе фыркнула.

Профессор весьма нервно подошел к двери, тоже толкнул ее, потом стал осматривать и цокать языком, постепенно склоняясь до пола. Мы с Катей смотрели на него с недоумением и тревогой.

— Все ясно, — сказал он.

Я тем временем бросил взгляд в окно – и не удержался от возгласа.

— Ого! А что в городе-то случилось?!

— Что такое?! – вскинулись одновременно Катя и профессор.

— Да сами посмотрите – темень!

Действительно – еще вроде бы минуту назад вид из окна был вполне новогодний, открыточный – снежный и умиротворяющий: «дорожки» из горящих фонарей вдоль магистралей, приветливый свет тысяч окон… Теперь же за окном поселилась серая тьма, лишь местами прорезаемая фарами проезжающих машин.

Забыв о двери, мы с профессором бросились к панорамному окну.

— А где ж город? – вырвалось у меня. Мельком взглянул на профа – его лицо было искажено самым настоящим ужасом.

Отозвалась недовольная Катерина от двери.

— Да там же город, где и был. Что вы так переполошились? Опять свет веерно вырубили, эка невидаль! Аварий на электростанции, что ли, не видели? У нас так часто бывает.

В пейзаже стали вдруг снова проявляться окна – на этот раз они горели неярко, с каким-то красноватым свечением.

— Видите? – продолжала Катя. – Народ привык. Свечи зажигают, керосиновые лампы. Вы лучше думайте, как выйти отсюда. Я лично не собираюсь здесь с вами сидеть, мне домой пора, смена уже закончилась!

— Профессор, давайте вдвоем!
Я отвлекся от окна и снова пошел к двери.

— Бесполезно, — махнул тот рукой.

— Да бросьте! Вместе навалимся – и все!

— Посмотрите внимательно: дверь… как это говорится?.. встала косо…

(Я мельком удивился тому, что профессор, похоже, стал забывать русские слова)

— Перекосило? – ахнула Катерина.

— Ну да, — в голосе профа сквозила безнадежность. – Опустилась, так сказать, ниже уровня пола. И замок заклинило. Не открыть.

— Так давайте ее выбьем к чертовой матери! Не век же здесь сидеть, правда что!
Я действительно рвался в бой.

— Как вы ее выбьете, дорогой мой? Это дубовая дверь, толстая. Проклятый номер «люкс» и эта их «русская аутентичность»!

— Мда, дела… С чего ж вдруг ее перекосило?

— А Вы что, не замечаете наклона? – горько сказал профессор.

— Какого наклона? – не понял я.

В подтверждение своих слов профессор молча достал яблоко из блюда, стоящего на столике, и положил на столешницу. Яблоко секунду поколебалось, а потом решительно и весело покатилось к краю. Перед самым падением его машинально подхватила девушка Катя.

— Кривой столик?
Я все еще не понимал, что происходит.

— Это Волна, — проговорил профессор. – Стол ни при чем. Все здание чуть накренилось. Набок.

Подала голос Катерина:

— Я тоже что-то чувствую… вроде наклон в самом деле появился, туда, к стенке… Но этого же может быть!

Профессор развел руками.

— Стоп-стоп! – опомнился я. – Вы хотите сказать, что из-за этой вашей Волны… как ее… синхронизации сначала потух свет во всем городе, а теперь и наша гостиница стала как Пизанская башня?! И еще дверь из-за этого не открывается?? Но это же бред!

— Бред?! – чуть не закричал профессор. – Вы же сами приехали сюда из-за инженера Гордеева! Вы ему поверили! И вот пожалуйста – вы – и я! – оказались правы: все идет так, как он и предписал вот в этой (он потряс ею – я не заметил, когда он успел взять ее в руки) серой тетради!!

Мы попытались позвонить – телефоны не работали. Ни гостиничный, ни, что уж совсем показалось странным, наши сотовые. Мы поочередно давили экраны на каждом из них – никакого эффекта!

— Какая-то мистика! – не удержался я. – И телефоны не работают! А в то же время свет горит.

Буквально в следующий миг что-то крайне неприятно скрежетнуло, и я впервые почувствовал легкий, но все-таки безусловно реальный наклон комнаты. Тут же вдруг замигали, а потом погасли все лампы, и гостиничный номер погрузился во мрак. Что-то еще можно было различить разве что благодаря лунному свету – луна взошла в полную величину. По сырому ночному небу бежали облака, поэтому воздух в номере как бы все время мерцал.

— Ну вот, вы и накаркали, — желчно сказал профессор. – Свет горел, видимо, благодаря тому самому генератору в подвале. А сейчас гостиница еще чуть просела и накренилась, какие-то кабели зажало – вот и электричество накрылось.

— Господа, — внезапно подала голос Катя. – Прекратите скубаться. Лучше подумайте, как мы будем выбираться отсюда.

Я еще раз бросил взгляд за окно (там по-прежнему клубилась серая тьма), после чего решительно уселся в кресло. – Да что делать, что делать. Давайте просто посидим, помолчим. В конце концов, вас наверняка хватятся и кого-то пришлют.

— Да никто меня не хватится! – чуть не слезами в голосе сказала Катя. – Я же говорила, что у меня смена заканчивается! Девчонки наверняка подумают, что я отнесла еду и пошла домой, а мимо них как-то прошмыгнула…

— Ну ладно, — примиряюще сказал я разволновавшейся девушке. – Тогда заночуем! Это же люкс, тут масса места. Утром наверняка придут и освободят нас. Мы тогда рванем к Гордееву…

— Да вы что, не понимаете, господа?? – буквально взревел профессор. – Ферфлюхтер, майн готт!! Если здание гостиницы действительно построено в 1982 году, то что это значит? А?!!

— Не хотите же вы сказать… — начал я.

— Вот именно!! Здание изношено, и Волна на него действует, получается, точно так же, как и на все изношенное дерьмо в этом городе или даже в этом регионе!

— И… что тогда? – осторожно спросила Катя.

— Это значит, что оно может рухнуть в любой момент, — обреченно и уже как-то спокойно произнес профессор. – Мы в ловушке.

Словно в подтверждение его слов, пол снова едва заметно, но ощутимо качнулся, как будто еще чуть просел. Катя еле слышно ойкнула и, похоже, заплакала.

И после этого, словно по волшебству, вновь повсюду загорелись лампы, а потом и телевизор вспыхнул. На экране все тот же Иван Ургант что-то издевательски втолковывал Гарику Мартиросяну. Беззвучно. Но свет меня приободрил.

— Ну что ж, — бодро сказал я, — выбираться так выбираться! А вот что там, в том углу за портьерой?

— Там балкон, — всхлипнув, сказала Катя. – Но он на зиму закрыт.

— Закрыт? Не беда, откроем! – сказал я.

И действительно, немного повозившись, балконную дверь удалось открыть. (возился в основном я, поскольку профессор, видимо, от переживаний впал в некую прострацию, а от Кати было мало толку). Балкончик оказался маленький и узкий, но, главное, с его дальнего конца было буквально рукой подать до соседнего!

— А там что за балкон, Катя?

— Это наш второй суперлюкс, «Американский». Вы же видели – у нас два суперлюкса. Номер сделан в модном стиле «модерн хайтек», оборудован редкими композитными материалами… — Катя, видимо, шпарила по заученному, но быстро осеклась и сердито сказала: — Да что я вам рассказываю!

— Там живет кто-нибудь? – продолжил я расспросы.

— Нет, у нас вообще мало постояльцев.

— А дверь входная там тоже дубовая?

До Кати начало доходить.

— Нет, там дверь стеклянная – хайтек же! Из матового стекла, постмодерн… Так вы что же?..

— Да, я именно об этом. Мы сейчас аккуратно переберемся в этот ваш хайтек, расколотим стекла – и мы на свободе! Как вам план, профессор?

— Сергей, вы не понимаете…

Профессор оставался в своем ступоре.

— Сергей, Волна пришла. Город уже начал рассыпаться, я вижу. Наша гостиница рухнет в любую секунду. Я не понимаю зачем…

Я взял профа в охапку и вынес на балкон, на свежий воздух. Признаться, на высоте 20-го этажа погода чувствовалась еще мерзее, чем внизу. Резкий холоднющий ветер, сырость. Бррр!

— Не время распускать нюни, профессор! Нам, между прочим, сказочно повезло: гостиница просела как раз в нужную сторону! Мы спокойно перейдем куда надо по вон тому бортику – а сила тяжести сама будет прижимать нас к стене!

— Я не понимаю, — нервно сказала Катя, — почему нет тревоги? Почему не объявляют эвакуацию?! Может быть, в самом деле нам подождать – они должны будут прийти за вами…

— Это геометрия, — неожиданно ясным и четким голосом ответил проф. Холод ему явно пошел на пользу. – Ваши сидят ведь в основном на первом этаже? Ну вот. Понятно, что у основания наклон чувствуется гораздо меньше, чем у нас здесь, на вершине!

— То есть они там даже не знают про крен гостиницы?! – ахнула Катя.

— Сами же видите – никто не беспокоится…

— Так, господа! – встрял я. – Позвольте прервать вашу высокоученую беседу! Я вот тоже этот ваш «крен» ощущаю с трудом. Возможно, никакого крена и нет вовсе. Давайте, однако, действовать, инженер Гордеев нас заждался. Кто первый?

— Если вы не ощущаете крена, зачем вы вообще куда-то лезете? – желчно осведомился профессор.

— Просто мне наскучило сидеть в номере, я, знаете ли, человек молодой. Хочу пройтись! – парировал я.

— Может быть, соорудить страховочные… веревки? – робко спросила Катя. Вниз она старалась не смотреть. – Можно из простыней, я читала…

Я заколебался. – Конечно, страховка не помешает…

Тут балкон снова вполне ощутимо тряхнуло, что-то заскрежетало, а по облицовке внешней стороны здания застучали какие-то камешки. От этого уже не только Катя, но и похоже, мы все разом взвизгнули.

— Похоже, балкон трещит… — сказал профессор беспокойно. — На нем вообще можно стоять втроем?!

Катя тихо заскулила. Мне самому – хоть я по-прежнему на 99% не верил в профессорские байки – стало крайне неуютно на этой верхотуре, да и что там – просто дико страшно. Я вообще, если честно, боюсь высоты.

— Вы как хотите, — сказал я, — но, по-моему, уже не до веревочных простыней. Нет у нас времени на них! Тут идти-то всего два шага! Приступок довольно широкий, наклон в нашу пользу. Предлагаю так: первым иду я, потом Катя, последний профессор.

Возражений не последовало, и я перекинул ногу через бортик балкона.

— Подождите! – взвизгнула Катя. – А вдруг она обледенела?!

— У меня зимние ботинки, — сказал я. И ступил на узенький откос, «соединяющий» балконы.

Перебрались мы, в общем, без приключений. Правда, чтобы войти в «мир хайтека», стекло в балконной двери пришлось разбить…

(продолжение следует)

 

 

От редакции Мэйдэй: подписывайтесь на нас пожалуйста, это очень важно для нас:

Телеграм: t.me/mayday_rocks

Яндекс Дзен: zen.yandex.ru/mayday.rocks

Фэйсбук: facebook.com/mayday.now

Твиттер: twitter.com/MaydayRRRocks