Олег Утицин:

Мы в одном кабинете в старом Ъ на Хорошёвке сидели — спина к спине. Отдел преступности и отдел политики. Пока мы расследовали всякие преступления, политики за нашей спиной теребили свои бороды и обсуждали — правомочно или неправомочно выступил какой-то депутат.

Это слово «правомочно» потом вошло в обиход, и когда мой знакомый журналист, учивший меня репортёрству в своё время, вдруг прямо мне в лицо из экрана телевизора сказал это слово, я не сдержался, позвонил ему и попросил объяснять скрытый смысл этих букв.

— Правомочно-правомочно, — пробормотал он в трубку в поисках ответа. Нашёл и воскликнул — Мочеточно, бля!!!

Политики в своих дискуссиях иногда делались шумны до невозможности, и начальник отдела преступности, приходя на работу, был вынужден произносить: «Так, евреи, будем сокращать популяцию…»

Они притихали и рассасывались по кухне и коридору, не выпуская бород из натруженных рук.

Политики были худыми и умными. Но толще всех и умней мне казался Максим Соколов. Он тоже с бородой рукоблудил в минуты раздумий, но эти упражнения выдавали замечательный результат.

Его тексты читать было удовольствием, на каждого политика он находил персонажа из русской литературы и убеждал аудиторию, что ничего нового под солнцем и прочее ля-ля…

Я поглядывал на него с уважением и скрытым восхищением. А уж когда он у меня поинтересовался (в 1991-м году), что я думаю о проникновении оргпреступности во власть — это был первый человек в то время, который заговорил тогда ещё о том, о чём нынешние политолухи стесняются говорить прямо.

Ну вот, а потом я сделал «бандитскую карту» Москвы. Володя Яковлев мне охрану приставил на время, и Гришка, сын моей жены любил бегать по коридору редакции в армейском бронежилете, который был ему до пят, снятом у одного из охранников, пока безопасно…

Потом пропал из поля зрения один из милицейских информаторов этого текста, который до выхода материала обучал меня, что безопасно запасной пистолет, не табельный, носить в «пидарасочке», которые только вошли в моду.

Из этого пистолета «пидорасчкиного» его и застрелили, как оказалось, на одной из бандитский «тёрок».

Другому человеку «пику» под сердце воткнули, а потом и меня менты отмудохали.

Противно так, и нечестно. Типа, поехали документы проверить в отделении.

— Вот же говорю паспорт, вот ксива общественного совета МВД…

— Разберёмся.

В камеру завели. «Руки на стену, ноги на ширине плеч». И сапогом со спины по яйцам. Больно. Упал. Одному кулаком с пола попал в причиндалы. Они начали меня ногами окучивать.

Хорошо, что я коко своё меж ног зажал, у меня потом на лобке шишка была вместо хуя. Знакомым девушка потрогать не давал — не хотел разрушать романтики.

Спасло то, что менты устали меня бить, и поехали перекусить, а молодой дежурный сжалился и выпустил.

Денег — ни копейки, всё же отобрали, в кровище весь, лицо головы в два раза распухло и почернело. Какой-то доброхот согласился отвезти меня в долг до дома.

Там я отлёживался и разбирался, по мере возможностей, с тем, что случилось. Это отдельная песня.

А теперь о главном.

Приехал начальник отдела меня проведать и увезти на празднование годовщины «Коммерсанта».

— Ты что! — закричала на него Марина, жена моя, — ему же пить нельзя вообще. Если ты его сейчас увезёшь, лично будешь отвечать за его здоровье!

Увёз.

Праздновали в Доме архитекторов, по-моему.

В кабак надо было спускаться в подвал по белой лестнице. Внизу был полумрак и дефицитное спиртное грудами на определённых столах.

А мы с Максимом Соколовым оказались визави.

— Давай бухнём, — предложил он.

Меня заинтересовало его предложение. Потом мы с ним на будущее спиздили бутылок пять коньяку и прочего горячительного. Начали натрескиваться не по-детски.

А тут уже танцы начались. И мой начальник подходил время от времени, поинтересоваться состоянием моего здоровья, потом сказал, что его водитель сейчас отвезёт меня домой. И Макса заодно.

Мы были настолько пьяны, что не в силах оказались отказаться.

Поднимались с Максимом под ручку из подвала по белой лестнице вверх, тут его повело вниз. А он упитанный, напомню.

И меня потащило вслед за ним.

По лестнице мы клубком скатились обратно в кабак, прямо на танцпол.

Нарушили вальсирование или как это там называется нескольких пар.

Сами встали на ноги, хотя танцоры попадали, как кегли.

И тут начался ураган.

Мой начальник стыдливо подумал, что упустил вопросы моей безопасности из виду, другой мужик, из танцоров, подумал, что Максим Соколов кубарем пытался домогаться его жены, о которой никто в редакции не знал, что она вообще замужем.

В общем, драка началась без нашего участия. Мы даже за ней понаблюдали, каких-то пару минут, а потом вспомнили, что мы против насилия, и поднялись по лестнице к машине. На этот раз успешно.

Потом нам сообщили, что во время инцидента была разбита дорогая люстра (при чём здесь люстра? Она была выше всего этого, помню — авт), сломаны столы и.. ну и вообще на кучу денег.

Ну не мы же с Максом будем оплачивать разгул этой гоп-компании?

Аа? Чуть не забыл главное? Как максим Соколов мне жизнь  спас. Вот так — когда мы катились с лестницы я упал на его плотное тело и не ударился затылком об угол ступеньки, и не умер.

Вот такой он герой, Максим Соколов.

А что он пишет всякую хуйню про всякую хуйню. С кем не бывает…

 

 

 

 

От редакции Мэйдэй: подписывайтесь на нас пожалуйста, это очень важно для нас:

Телеграм: t.me/mayday_rocks

Яндекс Дзен: zen.yandex.ru/mayday.rocks

Фэйсбук: facebook.com/mayday.now

Твиттер: twitter.com/MaydayRRRocks