Из цикла: Забытые имена русской словесности

«В моей беллетристике выдуманных образов совсем нет: всё взято прямо из жизни», – говорит Гарин-Михайловский об обращении в творчестве исключительно к подлинным фактам, что являлось характерной особенностью его манеры, проявившейся с начатков литературной деятельности. Вплоть до приличнейшего вклада в корейскую фольклористику, до Гарина в России не разрабатывавшуюся: записал около 100 корейских сказок.

Гарин-Михайловский считал, дескать, сама реальность, ситуации и конфликты, встречающиеся на каждом шагу, в значительной мере делают необязательным обращение к художественности. Эти позиции становятся более понятными, если учесть, что жизнь открывалась перед ним – неугомонным деятелем, непоседой и путешественником, изъездившим страну вдоль и поперёк, – во всём своём многообразии, обилии социальных типов и «любопытных», как он изъяснялся, людей.

Тем не менее, завоевав признание в литературе, Гарин никогда не оставлял столь необходимой и обожаемой им практической деятельности инженера-путейца.

Биографы, мемуаристы обычно отмечают, что он создавал свои произведения всегда второпях, «на облучке», иной раз отказываясь от тщательной их шлифовки. И что замыслы Гарина часто бывали интереснее их воплощения. Что он декламировал превосходно и, нередко, лучше, чем писал.

Да, рассказчиком Гарин-Михайловский был прекрасным! Особенно филологи подчёркивают период конца 1890 годов – почти двухмесячную Северокорейскую, дальневосточную экспедицию, – а всего по Корее и Маньчжурии пройдено около 1600 км, –  и далее кругосветку: Япония, Китай, США, Европа…

На основе путешественнических дневников сделана целая книга. Публиковавшаяся в виде разрозненных очерков под общим названием «Карандашом с натуры» в журнале «Мир Божий» за 1899 год.

За время странствий сохранено и зафиксировано множество корейских сказок. Впервые изданных, – вместе с отдельным изданием книги записок о путешествии, – в 1903 г.

Дневники Михайловского оказались самой внушительной лептой  в корейский фольклор: ранее выпущены лишь 2 сказки на русском и 7 на английском языках. Во введении Михайловский утверждает, что субъективизм в его текстах минимален: «Я быстро, фраза за фразой, записывал со слов переводчика, стараясь сохранить простоту речи, никогда не прибавляя ничего своего». Хотя Гарин не был бы Гариным, если бы литературно не поработал над материалом. Поэтому творческая перелицовка ощутима.

В конце круиза Г.-Михайловский настолько пропитался корейским духом, что и сам мог выступить в роли корейского сказочника. И выступал, поражая слушателей красочностью повествования.

Слухи о необычайных впечатлениях от кругосветки докатились аж… до Государя. И Михайловский был приглашён в Аничков дворец.

Николай Второй пожелал выслушать его историю о путешествии. Правда, добавлю, точной даты визита историками не установлено. Потому позволю себе предположить примерно январь – февраль 1901 года. Почему, поймёте чуть позже…

Итак, Николай Георгиевич шёл во дворец волнительно подтянувшись и порядочно робея. Подумать только, господа! – личное общение с царём ста тридцати миллионов населения – «это не совсем обыкновенное знакомство», – писал он впоследствии. Не всякому в жизни удаётся посидеть почаёвничать в царских палатах!

Невольно мечталось: человек подобного уровня должен что-то значить, должен импонировать. Он скажет что-то сверх общих знаний: неведомое, непознанное.

И вдруг…

Сидит симпатичный пехотный офицер, курит, мило улыбается, изредка ставит вопросы. Но всё не о том, что надлежит интересовать самодержца, в царствование которого построен без преувеличения великий Сибирский путь! – и Россия выезжает на берега Тихого океана. Где её встречают отнюдь не друзья и – нерадостно. Без праздничных букетов цветов и ликующе летящих кверху чепчиков.

Михайловский, вспоминая тот знаменательный поход, – с чьих слов я его и воспроизвожу: – будто обрисовывает портрет императора Николая II кисти Валентина Серова. Который создавался приблизительно в то же время, в начале зимы 1901-го. Живописец так и изобразит царя, по-гарински: небольшим поясным портретом сидящего человека в простой одежде без каких-либо регалий. Похожего скорее на флегматичного провинциального капитана, сошедшего со страниц повести Куприна.

Зачем же позвал к себе Михайловского царь?..

Чтобы спросить, чтут ли нас корейцы? На что Гарин невпопад ответит вопросом на вопрос: «Вы кого подразумеваете?» – Начисто забыв о предупреждении ни в коем разе не спрашивать, только отвечать!

Но ведь как же не спросить, – рассуждал Гарин в дальнейшем, – ежели сам царь(!) спрашивает, причём и скупо, и глупо, и безвкусно. А его дамы – вовсе молчат: воды в рот набрали. Надутые, как гусыни.

Старая царица удивлённо поднимала то одну, то другую бровь. Молодая, рядом с ней, – точно компаньонка, – сидела в застывшей позе с каменными глазами, с обиженным лицом. Напоминая визитёру одну девицу, которая, прожив до 34 лет, обиделась на природу за то, что та навязала женщине обязанность иметь детей. А – ни детей, ни даже простенького романа у девицы, увы, не случилось. И сходство царицы с нею очень как-то мешало, стесняло гостя. И было ему страшно тоскливо и скучно на странном том приёме.

– Это провинциалы!! – недоумённо пожимая плечами, восклицал Гарин, рассказывая друзьям о высоком том визите.

Через неделю Г.-Михайловского официально известили, мол, царь дал ему орден («кажется, Владимира», – предположил Горький). Но награды Гарин не получил.

Потому что вскоре его административно выпроводили из Петербурга. За то, что вместе с другими литераторами подписал протест против избиения студентов и сочувствовавшей им публики у Казанского собора. А поскольку подавление демонстрации свершилось в марте 1901, вот я и подумал, что собственно визит Гарина к государю был где-то чуть ранее означенного времени.

Над Гариным смеялись:

– Э-эх! Ускользнул орден-то, Николай Георгиевич?!

– Чёрт бы их всех подрал! – возмущался он. – У меня тут серьёзный гешефт, и вот – надо ехать. Нет, сообразите, как это глупо! Ты нам не нравишься – поэтому не живи и не работай в столице. Но ведь в другом-то городе я останусь таким же, каков есть!