«И вы тогда понять должны, хотят ли русские…»

8 апреля, 2021 2:45 пп

MayDay

Игорь Бродский:

Задумка написать песню, в которой выражались бы протест против войны и призыв к миру, возникла у поэта Евгения Евтушенко осенью 1961 года во время очередной его поездки за рубеж, так как именно во время поездок по странам Западной Европы и Соединенным Штатам Америки ему неоднократно приходилось слышать один и тот же вопрос: «Хотят ли русские войны?» Из Википедии. А туда попало копипастом из передовиц советских газет. Но была ли это только голая пропаганда, как раньше, и как всегда? Смею утверждать, что нет! Тогда русские (в широком смысле) действительно не хотели войны. Все! От любого знакомого взрослого и до кремлёвских небожителей. Нет, эти плохо образованные и узко мыслящие карьеристы не стали вдруг пацифистами. Чтобы подняться до Политбюро, они шагали по трупам. Буквально! Там хороших не было и быть не могло. Но они знали настоящую цену большой войны. Очень хорошо знали. Лучше других. Имели больше информации, да и сами все всё видели и участвовали. И да, не хотели. Поэтому любые пакости в разных уголках земного шарика творили до определённого предела. Что уж говорить о простом народе…
Мой родной город Николаев войска Вермахта оккупировали 17 августа. По данным немецкого кинохроникального журнала «Deutsche wochenschau», в августе 1941 г. с кратковременным визитом в Николаеве побывал Адольф Гитлер. А в конце лета в город прибыл рейхсфюррер СС Гиммлер. На совещании оперкоманд им были переданы детализированные указания выполнения приказа об уничтожении еврейского населения. В частности, подчёркивалось, что «исполнители этих акций не несут личной ответственности за исполнение данного приказа». Приказ был выполнен. Практически полностью были истреблены евреи в Николаевской области и в соседней Херсонской тоже. Расправа была проведена немецкими войсками айнзацгруппы D под командованием Отто Олендорфа, который впоследствии был признан виновным на Нюрнбергском процессе и приговорён к смертной казни через повешение. Нашлись помощники и среди местных. В качестве доказательств на процессе значились документы айнзацгрупп от 2 октября 1941 г., где было описано количество жертв и их принадлежность к еврейскому населению.
Я хорошо помню впечатление от исполнения Марком Бернесом, а потом Георгом Отсом, песни Эдуарда Колмановского на стихи Евгения Евтушенко. И в практически полностью русскоязычном Николаеве, и в селе Доброе, родине моей мамы, где я прожил значительную часть своего детства. Это была старая еврейско-немецкая сельскохозяйственная колония. От довоенного населения там осталось несколько семей, вернувшихся из эвакуации. Остальные — в огромных братских могилах. И выжившие фронтовики. Дома, у дедушки с бабушкой, был идиш, на улице — только украинский. Из деда на моих глазах в сырую погоду выходили сталинградские осколки. Вторая моя бабушка получала пособие «за потерю кормильца». И мы не знали, где могила нашего солдата. Кости где-то в степи у Волги. Не пострадавших от войны я в детстве не знал. Ни одного! Какой ценой победили — знал. Из первых рук.
Могли ли эти люди хотеть войны? Если бы тогда прозвучало: «Можем повторить!», наверное, сочли бы, что сказал психически больной. Независимо от состава крови, родного языка, социального статуса и профессии — никто из моих земляков не хотел никакой войны. Не мог хотеть!
Они там и сейчас не хотят. У них с 2014 года в голове не укладывается, как могла Россия пойти войной на Украину. Отнять территории. Наказать за желание жить своим умом. Хорошо известно, что в первые месяцы агрессии многие украинские военные просто не могли выстрелить во врага. Враг — россиянин? Как это? Бред! Потом научились…
А если в Кремле решат продолжить? Если видят и знают, что подавляющее большинство граждан РФ не желают соглашаться с существованием независимого и суверенного государства Республика Украина. Считают, что это, как и Республика Беларусь, как и ещё кое-кто и что, неотъемлемая часть Великой России, единой и неделимой. Что «деды воевали» за это! Ну вот, если российский народ в большинстве своём так думает, то…
Спросите вы у матерей,
Спросите у жены моей,
И вы тогда понять должны
Хотят ли русские, хотят ли русские
Хотят ли русские войны.
Я живу в Москве 43 года и знаю ответ, к сожалению.
Держитесь, дорогие мои земляки!
Бродский Игорь Семенович, пенсионер, иностранный агент.