ПОВЕСТЬ, РАССКАЗАННАЯ ИДИОТАМИ

Кинопоиск

Ничего, кроме великого изумления, нынешний сериал «Власик» вызвать, конечно, не может. Однако не совсем прав и автор «Новых известий», когда сделал, прямо сказать, напрашивающийся вывод, что сталинисты захватили Первый канал. Захватили не совсем сталинисты, а путинисты. Потому и образ Отца народов получился не столько комплиментарным, как можно было бы ожидать, если бы Первый канал действительно захватили сталинисты, а скорее трагическим и даже лирическим. Образ лидера, которого не понимают, которому после смерти Ленина и поговорить не с кем и которого гложет одиночество.

Не совсем справедлив и упрек автора рецензии в адрес сценаристов за то, что они выбрали героем повествования откровенного идиота «с тремя классами церковно-приходской школы, с привычками жрать прямо со сковородки, запивая жареную картошку водкой». Ведь получается, что зритель вынужден ассоциировать себя с начальником вертухаев, смотреть глазами вертухая и сопереживать его вертухайским проблемам, в каком-то смысле самому становиться вертухаем. Не знаю, как кого, но меня это оскорбляет больше, чем когда нам предлагали побыть немножко Декстером. Однако нельзя отрицать и то, что рассказ от лица идиота — прием, часто используемый в большой литературе.

Помните, у Шекспира: «Жизнь — это тень ходячая, жалкий актёр,/ Который только час паясничает на сцене,/ Чтобы потом исчезнуть без следа; это рассказ,/ Рассказанный кретином, полный шума и ярости,/ Но ничего не значащий». То же и у Фолкнера. Или у Владимова — там вообще рассказ идет от морды караульной собаки. Я думаю, что если бы кто-нибудь описал Калигулу сквозь призму внутреннего мира его верного телохранителя — немого германца, — то это тоже был бы замечательный культурный эксперимент.

Однако до большого искусства тут, конечно, как до Луны. Да и не того мы ждем от «Пиманов и партнеры», которые, как известно, озвучивают текущую позицию спецслужб. Тут интересней, скорее, что думает нынешняя элита (что опять же равно спецслужбе) о характере русского правления, о причинах, приводящих каждый раз такое правление к катастрофе, чреватой неисчислимыми бедствиями подданному народу.

Ну, то, что Сталин жил в трудных условиях, как и Путин, был детерминирован исторической необходимостью, прекрасно справлялся с вызовами, но немножко тянул одеяло на себя — это к маме не ходи. Так же ожидаемо, что «сложный образ» Власика сбалансирован его собачьей преданностью, которая перевешивает в глазах авторов фильма то, что он вообще-то сволочь: сдавал сослуживцев, сквозь пальцы смотрел на преступления власти, преданно служил одному из самых кровавых тиранов в истории и не забывал при этом про себя — «сожительствовал со многими женщинами» и вообще прожигал жизнь в ресторанах. Жаль только, что «Пиманов и партнеры» не рассмотрели вопрос утилитарно: на какие такие деньги прожигал жизнь любимый телохранитель диктатора? Только на зарплату или с самого начала коммунистическая элита была приучена к бонусам в конвертах?

А ведь это действительно интересный феномен даже вне контекста истории Власика: в стране голод, отмечены случаи людоедства в деревне, рабский труд на коммунистических стройках, антибуржуазная пропаганда, а «Метрополь» полон дам в мехах и мужчин в костюмах, им лабают джаз на золотых трубах. Потом эти мужчины и женщины идут на работу, в министерства, райкомы, обкомы, ЦК, чтобы продолжить портить жизнь всем остальным. Эпическая трагедия. Наталкивает, кстати, на размышления о нынешней Думе.

Сцена. Вот Берия хочет подлизаться к Власику и приглашает в… ресторан. Власик гордо соглашается: «Я знаю одно место». Далее они с Берией, как студенты, решают, что платить за ужин будут пополам. То есть проблема в 30-х, оказывается, не в том, что частную жизнь давно закатали в асфальт, есть только подконтрольные чекистам оазисы, а в том, что места надо знать — выбирай не хочу, отложи лишь десятку из зарплаты.

Проблема сталинизма и культа личности в фильме трактуется следующим образом. Оказывается, Сталин заключил Договор. Об этом в сериале говорится, по крайней мере, два раза, один раз сказали идиоту Власику. Но тот (как и мы) ничего не понял: какой договор, что за договор, кто предложил? Однако можно догадаться, что это Договор то ли с Дьяволом, то ли с Историей, то ли с Народом, у которого коммунисты-ленинцы отобрали Бога и взамен теперь Сталин вынужден выписать ему новое божество. Сталин как бы не хотел, но пришлось. Не мог же он оставить народ без божества?

Проблема 1937 года решается следующим образом. Все было так хорошо, пока не появился… Николаев (по инерции хочется написать «Навальный»). Иными словами, Большой террор произошел из-за чистого недоразумения. Вельможа Киров замутил с женой Николаева, а тот недолго думая его убил — вот и понеслось. Вообще-то это один из многих мифов, призванный снять вину с Системы и лично с товарища Сталина, который, согласно другому мифу, попросту устранил потенциального конкурента. Для убедительности приводится полностью придуманный диалог, согласно которому уставший, сломленный смертью жены, стареющий (это в 1934 году!) вождь сам предлагал Кирову пост генсека, и они уже почти сговорились.

Еще озвучивается старая мулька про соратников, которые приперли Сталина к стене. Где, когда при каких обстоятельствах — не ясно. А было бы интересно посмотреть средствами современного кино! Вот врываются они толпой в кабинет, открывают дверь ногой и припирают Сталина к стене, требуя отменить демократию. Мудрый Сталин для вида соглашается, а сам планирует их всех перебить, чтоб не мешались. Ну а как иначе? Не позволять же анонимным упырям взять верх! Опять же эта версия излагается идиотом Власиком — умный как бы отметит про себя, а глупый пропустит мимо ушей, поэтому не все понятно. Но понятно, что те хорошие люди, которые тут же (после убийства Кирова) принялись пытать в подвалах, душить там красивых женщин (6-я серия), они не ждали Николаева с револьвером и таинственных шантажистов Сталина, они там всегда находились, они там всегда работали и всегда были готовы выполнить эту миссию душителей. И ту мы (с иронией? со смехом?) начинаем понимать, что стремление хоть к какому-то идиотскому реализму полностью опрокидывает реабилитационную линию фильма.

Дикторский голос: «Сказать, что у Сталина было много врагов — ничего не сказать!». И дальше начинает перечислять: «…друзья и родственники репрессированных…» Иными словами, расстрелянных, сгноенных в лагерях, умерших с голода, погибших на войнах…

Да, ну а что они хотели — что мы это забудем? Тем более когда подновленная Система решила ностальгически всплакнуть над могилами своих душегубов и отчасти все повторить.

Фото: kinopoisk.ru