Хлопок ещё одной ладонью

1075

Наталья Троянцева:

СТАЛИН – ГОМУНКУЛ ИЗ ПРОБИРКИ БРАТСКОЙ НЕНАВИСТИ

В последнее время раздаётся много криков по поводу вероятной реставрации сталинизма. Крикуны причисляют себя к лагерю – ну а как же! – либералов и сильно печалятся по поводу того, что, как всегда, остаются в меньшинстве. Подразумевая, что сталинообразное чудище большинства их смачно скушает без каши.

Респектабельный Сванидзе поддался на провокацию экзальтированного Шевченко и оказался им сбит с ног. Я с большим интересом смотрела антисталинский цикл Николая Сванидзе и, в общем, была почти готова к безоговорочному уважению. Но… У меня хорошая память. И она восстанавливает телекартинку слитого на канал РТР компромата на тогдашнего генпрокурора Скуратова, которую Николай Сванидзе комментировал:» …человек, очень похожий на генерального прокурора» (вошло в анналы!) – и кадры группового секса.

Никто, на моей памяти, ни разу не задал Николаю вопроса по поводу его непосредственного ренегатства в пользу родного канала, но все хорошо знают его как правозащитника (члена Совета по правам человека при Президенте РФ) и убеждённого антисталиниста. В то время как Сталин, на мой взгляд, незаметно прижился внутри него, но до времени помалкивает – желание растоптать и морально уничтожить коллегу вполне себе сигнал…

Но куда более ясным свидетельством того, насколько сталинизм сидит внутри любого, самого последовательного разоблачителя сталинизма, явился для меня ФБ-диалог с коллегой-поэтом. Ему чуть больше пятидесяти, москвич, высшее и среднее музыкальное образование, был чиновником, стал поэтом. Еврей, принявший православие и лет семь в православии подвизавшийся, в чём сейчас разочарован. Человек либеральных убеждений, не приемлет ни Сталина, ни Путина.

Поводом послужил тест сайта «Медуза» под названием

«Где заканчивается ваша свобода?» https://meduza.io/games/gde-zakanchivaetsya-vasha-svoboda?utm_source=twitter&utm_medium=main. По результатам теста мой собеседник был причислен к людям европейски ориентированным, а меня тест отнёс к менее, чем одному проценту, опрошенных и резюмировал: «Вы слишком либеральны, наша шкала этого не выдерживает».

«Скорее, не слишком либеральны, а слишком принципиальны», — возразил мой собеседник. И привёл несколько обоснований того, почему он при случае и взятку даст, и дедушку-палача разоблачать не станет. А потом, отвечая на мою аргументацию, выдал – прямо и честно: «Наташ, что бы я ни понимал, но если передо мной поставят дорогого мне человека и будут угрожать ему мучениями, и скажут – подпишешь, мы его не тронем, я тут же подпишу всё, что угодно. И считаю, что любой обычный нормальный человек, то есть, не фанатик, не душевнобольной, поступит так же».

Я поначалу как-то растерялась даже. Мы сейчас уже знаем, сколько человек было репрессировано по доносу своих знакомых, когда составлялся произвольный список однокурсников или коллег по работе и от обвиняемого требовали его подписать. Но подпись, разумеется, ни от чего не застраховывала, подписант получал срок и его близкие, «во имя которых…», отправлялись туда же. Вот мой коллега-поэт тоже, как выясняется, из таких, и его подпись легко бы обосновала и узаконила репрессивный произвол.

Так что, сдаётся мне – либералам стоит бояться исключительно самих себя. И как только очередной шевченко ринется славить Сталина, вы, дорогие либералы, подойдите к зеркалу. То, что вы там увидите – и есть подлинное лицо сталинизма.

А коллегу-поэта я из друзей исключила.