«Хай! — Крикнул Пашка, сделал селфи и зачекинился…»

1430

Как Машка папу с женихом знакомила.
Мария — человек нелёгкой судьбы, батюшка её — суровый генерал Николай Львович всегда держал дочь в ежовых рукавицах, и вознамерился контролировать жизнь дочери даже после её уезда из родового гнезда, Машка таким обстоятельствам не сильно сопротивлялась, батюшке всегда безбожно врала и строила из путанных показаний резво «потёмкинские деревни». В очередной раз, услышав горестное восклицание мамы:»Нам с отцом уже скоро шестьдесят, а внуков нет», Машка решилась на демарш и привела на семейный ужин своего жениха Павлушу.

Тридцатипятилетний Павлуша был редкостным раздолбаем, любил маффины, митболы, ангельскую пыль, красивые костюмы, телеканал Дождь, беспорядочные половые связи, обновлённые гаджеты и современное искусство, год жил за Машкин счёт в её квартире и гордо называл себя стартапером, диджитал маркетологом, видеоблогером и сеофаундером.

Когда Николай Львович увидел у себя в прихожей пафосное чудо, он на секунду застыл, из ноздрей его повалил дым, жена, Нина Александровна, вцепилась в китель генерала со словами:
— Коленька, не надо…
— Хай, — крикнул Пашка, сделал селфи и зачекинился.
— Папочка, это Павел, он сейчас будет вести прямой эфир с нами, будет 25 кл просмотров, — Маша попыталась перед ковровыми бомбардировками сгладить углы, диджитал маркетолог выбирал ракурс и гулял по лезвию.

Нина Александровна быстро усадила всех за стол и попыталась заткнуть рты пришедших салатами.
— И чем же ты, Павел, занимаешься? — Николай Львович развернул установку БУК в сторону жениха с айпадом. — Ты пей наливку-то, мать сама делала.
— Я…не пью наливочки, мне бы — смузи…

Оливье застряло в горле генерала, злоба и обида за потерянное поколение душили военного в четыре руки, Николай Львович кашлял и плакал, по спине его ласково била супруга, а дочь поспешила уточнить:
— Па, Паша придумывает всякие креативные проекты, у нас есть идея сейчас замутить тему с включением звёзд и делать всякие интервью, собирать хайп, Паша всё посчитал.
— Хайп? Ай, да Паша, ай да голова, и деньги ведь, наверное, есть у креативного твоего, господи прости, стартапера, любящего смузи.
— Ну… Мы потому и пришли, ты же говорил, что квартиру на свадьбу хочешь мне дарить, так вот не надо квартиры, дай нам несколько миллионов, и мы замутим тему.

В этот раз поперёк горла у генерала встали селёдка под шубой и бородинский хлеб. Николай Львович снова начал пятнеть и пучиться:
— Пару миллионов? Мать, ты каких наркотиков в салаты крошила? Я ударю сейчас этого Джастина Бибера в машкиных брюках и устрою поножовщину. Овец ты будешь разводить в Рязанской области, шаромыжник жеманный.
— Вы, Николай Львович, ретроград и реакционер, из-за вас прокрастинирует блестящий стартап, а ведь вы могли бы быть инвестором.
— А вот за такие слова я тебе просто пере@бу… — Генерал перегнулся через дубовый стол и вцепился в стратапера, женщины с визгом тщетно попытались растащить враждующие поколения.
— Не даст пару миллионов, наверно,- думал Пашка, лишаясь последних волос и надежд.