«Когда будут твои похороны — позвони»

1317

Ох уж эти фанатки…

Не буду показывать пальцем, поэтому пишу абстрактно. Предположим, есть у меня муж Евлампий Романыч. И муж этот — талантливый, предположим, поэт. И вот стоит сквозь тернии напечатать наконец его книжку, как начинается…

Из глубины времён всплывают дамы.

Они начинают писать письма, заигрывать в соцсетях и звонить по телефону. Я, конечно же, вовсе не безмолвный, а чаще всего — воющий от хохота в подушку свидетель. Потому что Романыч начинает их жестко стебать, а они даже НЕ ПОНИМАЮТ.

Но моментами выбешивает уже конкретно. Ну эти бабы же — они и мои знакомые, и вот берешь трубку, а тебе в неё:

— Ты понимаешь, с кем ты живешь?!?

Сразу не нашлась, что ответить, поэтому отвечаю сейчас:

— А ты?

Снимем на время вопрос о величии предмета. Оставим просто человеческие отношения. Как ты можешь понимать человека, если из каждых 10-ти его шуток ты понимаешь одну?

Вернемся к величию предмета.

Я не уверена, но мне кажется, что тупой человек не в состоянии оценить чужой ум. Ну это как — книги для писателей, искусство — для художников и т. п. То есть, творим-то мы, конечно, «для народа», но истинный ценитель — это другой профессионал. А тут даже — не то, что они не поэтессы (упаси Бог), и потому не в состоянии оценить его вирши. А вот ну просто — ну тупые бабы. Ну правда.

И вот для меня это прямо неразрешимая загадка. Как эти бабы понимают, что мужчина велик?

В какой момент?

По каким признакам?

Предположим, они работают вместе. Он делает что-то замечательное, чем вызывает бурление вокруг себя. По этому бурлению они определяют, что мужик — перспективный? По чужим лицам читают восхищение, уважение?

Хотя нет — перспективность — это когда замуж выходить надо. И тут они безошибочно вылавливают денежных и при этом, как правило, тряпочных мужчин. Которыми можно вертеть, помыкать и тыды.

Тут именно понимание ВЕЛИЧИЯ.

И прилипание к такому мужчине совершенно другого рода.

То есть схема понятна: сначала положить под бок мужика с бабками, обеспечить себя до конца жизни, а потом начать душевно страдать по «настоящему» — высокодуховному, талантливому, нищему.

И патетично и строго вопрошать меня по телефону, осознаю ли я, с КЕМ я живу. Последние 17 лет.

А потом раз пять и мне, и ему повторить: «Когда тебе будет плохо — позвони».

Когда будешь умирать — позвони.

Когда будут твои похороны — позвони.

Потому что весь смысл этих высокодуховных страданий, вся отдача и вознаграждение — это прийти на похороны и делать вид, что именно ТЫ — та самая тайная любовь великого писателя, его муза и вдохновение. И красной нитью через его произведения течет твоя красота.

У нас друг умер — писатель. Мы были на его похоронах. Там собралось штук 10 таких вот смешных пожилых дам, которые таинственно и лукаво выглядывали на гостей из-под вуалек, мол, догадались, кто тут муза?

И вот фанатки эти сидят и копят годами вуальки.

И есть еще два высших шика, кому что по плечу.

Первый — это постараться оказаться последней «при нем». Мол, «я выдержала все тяготы ухода за больным! Я тут — настоящий герой! Та, кто любила его по-настоящему, не смотря на горшки».

Второй — оказаться самой красивой из всех фанаток на похоронах. И самой молодой. Тогда уж точно — ни у кого вопросов не возникнет, кто тут муза. Можно даже из-под вуальки не глядеть вопросительно, можно просто красиво пройти с мордой кирпичом. А потом на поминках во время разговоров обязательно платочком глазки промакивать — ну чтоб вуальку-то приподнимать — нельзя же мира такой красоты лишать, хоть и похороны.

Короче, фанатки, идите В ЖОПУ!

Не дождётесь.

 

(Анонимка)