ЭВАКУАЦИЯ? ЭВАКУАЦИЯ. ЭВАКУАЦИЯ!..
16 августа, 2026 4:27 пп
Мэйдэй
Виктория Ивлева сейчас с Евгением Ткачевым и Евгением Каплиным:
Недостойная история, случившаяся в Херсонской области близ села Шевченкове, стала известна многим благодаря посту командира отряда быстрого реагирования Украинского Красного Креста (УКК), напомню суть вкратце:
14 августа 2026 года экипаж Херсонского областного отряда быстрого реагирования УКК эвакуировал из опасного района Херсона, который постоянно подвергается атакам российских дронов и артиллерийским обстрелам, две семьи: онкобольную женщину с сыном и семью, сильно пострадавшую от российской агрессии: трехлетнего мальчика, его бабушку и папу с высокой ампутацией ног. Мама мальчика погибла… То есть все люди в машине в тяжелом физическом и моральном состоянии, это понятно, да?
ВСЕХ их нужно было отвезти в Киевскую область. И, конечно, их бы отвезли, да только около села Шевченкове, километрах в 45 от Херсона, скорую останавливают полицейские Баштанского райотдела полиции Николаевской области как бы для проверки документов. Документы были в порядке, но задача состояла совсем в другом, сейчас поймете, и надо было докопаться до водителя во что бы то ни стало. Полицейский изобразил, что заподозрил неладное, и предложил водителю проехать с ними сдать анализ крови на наркотики и алкоголь.
Только на самом деле ВОДИТЕЛЯ ВЫВЕЗЛИ В СБОРНЫЙ ПУНКТ ДЛЯ ПРОХОЖДЕНИЯ ВЛК, А ТРАВМИРОВАННЫХ ЛЮДЕЙ ПРОСТО БРОСИЛИ В МАШИНЕ ПОСРЕДИ ДОРОГИ…
Так, получается, выполняется план по мобилизации — за счет раненых, больных и ребенка, потерявшего маму…
Вот что пишет дальше командир отряда быстрого реагирования УКК: «Им безразличны наши сограждане, им безразлично, что будет с теми, кого мы с риском для жизни эвакуируем. Им наплевать на Закон и Конституцию Украины. Фактически человека похитили. Похитили водителя эвакуационной бригады. Их у меня в отряде всего четверо. Сегодня минус один. »
А заканчивает свой пост он так:
«В 2025 году мы эвакуировали в более безопасные регионы Украины 958 маломобильных людей. Сейчас их будет меньше. Намного меньше. Я прекращаю эвакуацию из г. Херсона. Я требую от Национальной полиции Украины объяснений относительно действий ваших подчиненных.
Я приношу извинения всем жителям города — простите нас за то, что мы не успели вывезти всех, кто хотел выжить. Простите нас.»
А вот что пишет по этому поводу мой старый товарищ Женя Каплин, глава Гуманитарной миссии «Пролиска», одной из самых больших волонтерских организаций, занимающихся эвакуацией мирного населения. С Женей мы знакомы с 2014 года, вместе занимались вывозом мирных жителей с оккупированных территорий Луганской области.
В команде Гуманитарной миссии «Пролиска» с 2022 года было мобилизовано более 150 сотрудников, волонтеров и поставщиков услуг. Две трети мобилизованных — сотрудники групп быстрого реагирования и эвакуаторы. Это люди, которые едут туда, где нужна помощь. Люди, которые вывозят мирных жителей из прифронтовых населенных пунктов.
В декабре 2025 года в Пролиске мобилизовали водителя, который единственный ездил на эвакуации в невероятно опасный Берислав, дважды этот человек на своем микроавтобусе еле-еле уворачивался от атаки вражеского дрона, но продолжал служить людям. Теперь этот маршрут закрыт.
Даю слово Жене Каплину Євген Каплін:
«Я долго не писал публично о мобилизации гуманитарных работников. Не хотел подыгрывать врагу и выносить эту проблему на публику. Но сегодня, похоже, стоит это сделать, потому что была пересечена последняя красная линия.
Я прекрасно понимаю, что в стране война. Я понимаю необходимость мобилизации. Но есть вещи, которые нельзя делать даже тогда, когда выполняются мобилизационные планы.
Нельзя выполнять планы, мобилизуя тех, кто фактически выполняет функции, которые должно было бы выполнять государство: эвакуирует наших граждан или восстанавливает людям жилье в зоне активных боевых действий. Этим людям, у которых порой по десятку контузий и ранений, нужно выдавать статус участников боевых действий.
Нельзя забирать водителя эвакуационной машины, оставляя людей, которых он вывозит, посреди дороги. После таких прецедентов люди не будут уезжать с прифронта, а будут гибнуть там под завалами вместе с детьми. Ведь «сарафанное радио» сработает — соседи непременно расскажут всем, кто остался в «красной зоне», что у них в 50 километрах от фронта даже водителя гуманитарной организации «бусифицировали» прямо за рулем.
Нельзя ослаблять гуманитарную систему там, где она сегодня буквально поддерживает жизнь людей.
Гуманитарные работники — это не «лишние руки», которых можно просто заменить. Это месяцы, а иногда и годы опыта, тренировок по поведению под обстрелами. А главное — это воля человека работать в зоне, где 24/7 ты находишься под угрозой, ради спасения других. Это самопожертвование.»
(Прерву Женин страстный монолог, чтобы напомнить, что в машину одного из самых бесстрашных сотрудников Пролиски, Жени Ткачева, дрон прилетал четыре раза, Женя был ранен, в результате последней атаки погибла пассажирка — но Ткачев упрямо продолжает свою миссию).
Снова Женя Каплин:
«Я призываю ответственных за мобилизацию прекратить эту практику.
Не после очередного скандала. Не после очередной трагедии. Не тогда, когда в автобусе останутся люди, которых некому будет вывезти, а прямо сейчас!
Должен быть четкий механизм, гарантирующий, что гуманитарные работники, задействованные непосредственно в эвакуации и оказании помощи гражданским лицам на прифронтовых территориях, не будут отзываться с этой работы без крайней необходимости.
Ведь если государство забирает людей, которые помогают этому государству выполнять его функции, — кто-то должен объяснить, кто тогда будет выполнять эту работу. Ведь война — это не только отвоевание территорий, это война за наших людей, за каждого ее гражданина и за каждую жизнь!
Я поддерживаю наших коллег из Красного Креста Украины и очень надеюсь, что их деятельность в Херсонской области будет как можно скорее возобновлена, а водитель-эвакуаторщик будет отпущен из военкомата для продолжения гуманитарной деятельности. Также я надеюсь, что лица, осуществившие принудительную мобилизацию сотрудника гуманитарной службы, принесут извинения людям, которые остались посреди дороги, и с завтрашнего дня сами в рядах Сил обороны Украины будут выполнять обязанности не по остановке эвакуаторов посреди дороги, а по эвакуации и гуманитарному обеспечению наших граждан.»
PS Мой скромный личный опыт эвакуации и в 14-15 году, и в 22-23, уже в широкомасштабную войну, говорит о том, что эвакуация мирного населения — это, прежде всего, колоссальная ответственность за жизни людей, которых ты вывозишь. Это, кроме прочего, постоянное напряжение от начала до конца поездки, это боль, когда люди отказываются уезжать, хотя, вроде бы еще вчера с ними договаривались, но это и невероятное счастье — понимать, что ты спас чью-то жизнь.
Фотографии Виктории Ивлевой из разных эвакуаций
Мэйдэй
Виктория Ивлева сейчас с Евгением Ткачевым и Евгением Каплиным:
Недостойная история, случившаяся в Херсонской области близ села Шевченкове, стала известна многим благодаря посту командира отряда быстрого реагирования Украинского Красного Креста (УКК), напомню суть вкратце:
14 августа 2026 года экипаж Херсонского областного отряда быстрого реагирования УКК эвакуировал из опасного района Херсона, который постоянно подвергается атакам российских дронов и артиллерийским обстрелам, две семьи: онкобольную женщину с сыном и семью, сильно пострадавшую от российской агрессии: трехлетнего мальчика, его бабушку и папу с высокой ампутацией ног. Мама мальчика погибла… То есть все люди в машине в тяжелом физическом и моральном состоянии, это понятно, да?
ВСЕХ их нужно было отвезти в Киевскую область. И, конечно, их бы отвезли, да только около села Шевченкове, километрах в 45 от Херсона, скорую останавливают полицейские Баштанского райотдела полиции Николаевской области как бы для проверки документов. Документы были в порядке, но задача состояла совсем в другом, сейчас поймете, и надо было докопаться до водителя во что бы то ни стало. Полицейский изобразил, что заподозрил неладное, и предложил водителю проехать с ними сдать анализ крови на наркотики и алкоголь.
Только на самом деле ВОДИТЕЛЯ ВЫВЕЗЛИ В СБОРНЫЙ ПУНКТ ДЛЯ ПРОХОЖДЕНИЯ ВЛК, А ТРАВМИРОВАННЫХ ЛЮДЕЙ ПРОСТО БРОСИЛИ В МАШИНЕ ПОСРЕДИ ДОРОГИ…
Так, получается, выполняется план по мобилизации — за счет раненых, больных и ребенка, потерявшего маму…
Вот что пишет дальше командир отряда быстрого реагирования УКК: «Им безразличны наши сограждане, им безразлично, что будет с теми, кого мы с риском для жизни эвакуируем. Им наплевать на Закон и Конституцию Украины. Фактически человека похитили. Похитили водителя эвакуационной бригады. Их у меня в отряде всего четверо. Сегодня минус один. »
А заканчивает свой пост он так:
«В 2025 году мы эвакуировали в более безопасные регионы Украины 958 маломобильных людей. Сейчас их будет меньше. Намного меньше. Я прекращаю эвакуацию из г. Херсона. Я требую от Национальной полиции Украины объяснений относительно действий ваших подчиненных.
Я приношу извинения всем жителям города — простите нас за то, что мы не успели вывезти всех, кто хотел выжить. Простите нас.»
А вот что пишет по этому поводу мой старый товарищ Женя Каплин, глава Гуманитарной миссии «Пролиска», одной из самых больших волонтерских организаций, занимающихся эвакуацией мирного населения. С Женей мы знакомы с 2014 года, вместе занимались вывозом мирных жителей с оккупированных территорий Луганской области.
В команде Гуманитарной миссии «Пролиска» с 2022 года было мобилизовано более 150 сотрудников, волонтеров и поставщиков услуг. Две трети мобилизованных — сотрудники групп быстрого реагирования и эвакуаторы. Это люди, которые едут туда, где нужна помощь. Люди, которые вывозят мирных жителей из прифронтовых населенных пунктов.
В декабре 2025 года в Пролиске мобилизовали водителя, который единственный ездил на эвакуации в невероятно опасный Берислав, дважды этот человек на своем микроавтобусе еле-еле уворачивался от атаки вражеского дрона, но продолжал служить людям. Теперь этот маршрут закрыт.
Даю слово Жене Каплину Євген Каплін:
«Я долго не писал публично о мобилизации гуманитарных работников. Не хотел подыгрывать врагу и выносить эту проблему на публику. Но сегодня, похоже, стоит это сделать, потому что была пересечена последняя красная линия.
Я прекрасно понимаю, что в стране война. Я понимаю необходимость мобилизации. Но есть вещи, которые нельзя делать даже тогда, когда выполняются мобилизационные планы.
Нельзя выполнять планы, мобилизуя тех, кто фактически выполняет функции, которые должно было бы выполнять государство: эвакуирует наших граждан или восстанавливает людям жилье в зоне активных боевых действий. Этим людям, у которых порой по десятку контузий и ранений, нужно выдавать статус участников боевых действий.
Нельзя забирать водителя эвакуационной машины, оставляя людей, которых он вывозит, посреди дороги. После таких прецедентов люди не будут уезжать с прифронта, а будут гибнуть там под завалами вместе с детьми. Ведь «сарафанное радио» сработает — соседи непременно расскажут всем, кто остался в «красной зоне», что у них в 50 километрах от фронта даже водителя гуманитарной организации «бусифицировали» прямо за рулем.
Нельзя ослаблять гуманитарную систему там, где она сегодня буквально поддерживает жизнь людей.
Гуманитарные работники — это не «лишние руки», которых можно просто заменить. Это месяцы, а иногда и годы опыта, тренировок по поведению под обстрелами. А главное — это воля человека работать в зоне, где 24/7 ты находишься под угрозой, ради спасения других. Это самопожертвование.»
(Прерву Женин страстный монолог, чтобы напомнить, что в машину одного из самых бесстрашных сотрудников Пролиски, Жени Ткачева, дрон прилетал четыре раза, Женя был ранен, в результате последней атаки погибла пассажирка — но Ткачев упрямо продолжает свою миссию).
Снова Женя Каплин:
«Я призываю ответственных за мобилизацию прекратить эту практику.
Не после очередного скандала. Не после очередной трагедии. Не тогда, когда в автобусе останутся люди, которых некому будет вывезти, а прямо сейчас!
Должен быть четкий механизм, гарантирующий, что гуманитарные работники, задействованные непосредственно в эвакуации и оказании помощи гражданским лицам на прифронтовых территориях, не будут отзываться с этой работы без крайней необходимости.
Ведь если государство забирает людей, которые помогают этому государству выполнять его функции, — кто-то должен объяснить, кто тогда будет выполнять эту работу. Ведь война — это не только отвоевание территорий, это война за наших людей, за каждого ее гражданина и за каждую жизнь!
Я поддерживаю наших коллег из Красного Креста Украины и очень надеюсь, что их деятельность в Херсонской области будет как можно скорее возобновлена, а водитель-эвакуаторщик будет отпущен из военкомата для продолжения гуманитарной деятельности. Также я надеюсь, что лица, осуществившие принудительную мобилизацию сотрудника гуманитарной службы, принесут извинения людям, которые остались посреди дороги, и с завтрашнего дня сами в рядах Сил обороны Украины будут выполнять обязанности не по остановке эвакуаторов посреди дороги, а по эвакуации и гуманитарному обеспечению наших граждан.»
PS Мой скромный личный опыт эвакуации и в 14-15 году, и в 22-23, уже в широкомасштабную войну, говорит о том, что эвакуация мирного населения — это, прежде всего, колоссальная ответственность за жизни людей, которых ты вывозишь. Это, кроме прочего, постоянное напряжение от начала до конца поездки, это боль, когда люди отказываются уезжать, хотя, вроде бы еще вчера с ними договаривались, но это и невероятное счастье — понимать, что ты спас чью-то жизнь.
Фотографии Виктории Ивлевой из разных эвакуаций