Это рынок «слонов» — крупнейших банков

Январь 22, 2016 11:28 дп

MayDay

Яков Миркин:

Валютный рынок не в руках Божьих, а Банка России (тоже с заглавной буквы) и малого числа крупнейших банков. 5 банков, из них 4 с госучастием- это больше 50% банковских активов. 20 банков – это больше 70% банковских активов. Плюс Банк России – потенциально слон в посудной лавке. 50% банков – огосударствлено.
Это рынок «слонов» — крупнейших банков, самых крупных компаний, все остальные – мелкие мошки.
И мы с нашим жалким потоком наличности – мошкара.

Для ЦБР на валютном рынке все сделки прозрачны, он видит всё, что происходит на нем по каждому игроку.
Кто играет против рубля? Что это за искусственная привязка курса рубля к цене барреля нефти?
Она есть, конечно, но не должна быть такой автоматической, если только не встроена спекулянтами в алгоритмы, мышление рынка.
Как ведут себя «иностранцы»?
Какова позиция крупнейших банков?
А крупнейших компаний?
Не бюджет ли – по большом счету – играет на понижение?
Или речь, действительно, идет о свободной игре невидимых сил рынка в моменты, близкие к валютной панике при очень высокой волатильности на мировых сырьевых рынках?
И всё – естественно?
Все позиции известны Банку России, на каждый момент времени, кто покупает, кто продает, какие позиции заняты на срочном биржевом рынке.
Но что происходит, в механике — не знаем.
И никогда не узнаем.
И уроков не извлечем.
Никогда не будет проведено независимое расследование того, что происходило в декабре 2014 г. И того, что происходит сегодня, а, может быть, будет завтра.
Об этом – кто виноват – мы не узнаем ничего потому, что так и не были подведены итоги — личная ответственность — под кризисом 1998 г., не была дана оценка — личная оценка — тому, почему российская экономика и ее финансовые рынки оказались настолько уязвимы в кризис 2008 г. (худшая экономика и худшие рынки среди крупнейших стран).
Это наша беда — не были проведены объективные, независимые расследования по итогам случившегося (хотя в 1998 г. такая попытка была, и что-то было опубликовано, но до результатов не доведено).

Короче говоря, никто не испытывает «страха неотвратимости наказания»(цитата из проекта направлений развития финансового рынка на 2016 – 2018 гг., раздел «Дестимулирование недобросовестного поведения на финансовом рынке»).
Никто – ни те, кто в государстве, ни те, кто за экранами торговых систем.

Loading...