12165789_1011508415578053_1567680690_n

Артём Липатов:

“Пан Сатирус”: книга, которая не подвела

Есть книги и авторы, которые вроде бы ничего особенного не представляют собой, но остаются в памяти, заседают занозой. И когда возвращаешься к ним снова спустя много лет, всегда боишься ошибиться, боишься, что твои давние впечатления были ошибкой. Удивительно, но обычно память не подводит.

Когда в детстве я читал эту книгу, взятую в библиотеке, она уже была не новой. «Пан Сатирус» cтал едва ли не первой книгой в серии «Зарубежная фантастика» издательства «Мир» — серии, которой суждено было стать культовой. Только вот книжка эта фантастикой не была.

Автор ее, Ричард Уормсер, всю жизнь сочинял то, что называлось  pulp fiction. Писал то, что продавалось — вестерны, детективы (один из них, еще довоенный, назывался «Труп коммуниста»), криминальные романы (в том числе аж семнадцать штук для литературной франшизы про сыщика Ника Картера), военные приключения, сценарии, новеллизации фильмов; использовал ряд псевдонимов и, судя по всему, был эдаким честным трудягой окололитературного фронта. Правда, на его счету две премии Spur (нечто типа «Букера» по вестернам), обе — за романы для подростков, а также премия Эдгара По, полученная в 1973-м за роман «Захватчик», так что не просто, видимо, ремесленником он был. И тем не менее ни одного упоминания о переизданиях «Пана Сатируса», вышедшего впервые в 1963-м, я не нашел, кроме изданий print-on-demand. У нас, впрочем, ее переиздавали в последний раз в 2001-м. Тогда я к ней и вернулся. И вот сегодня этот уже растрепанный покетбук упал с полки прямо к моим ногам.

…Тогда, в детстве, книга эта казалась мне ужасно смешной. И впрямь, кому не покажется смешной история самца обезьяны шимпанзе, отправленного американскими вояками в космос и в результате полета получившего способность говорить? Шимпанзе, в лучших друзьях которого оказываются врач-армянин, тщедушный радист-еврей и военный минер, гориллоподобный англосакс? Шимпанзе, который с легкостью ставит по стойке «смирно» высшие чины Пентагона и озадачивает лидеров обеих партий Америки, а после в деревенском кабаке за пригоршню мелочи танцует с двухдолларовыми шлюхами?

Шимпанзе, переделавшем примитивный космический корабль 50-х так, что он стал набирать сверхсветовую скорость, шимпанзе, временами испытывающем адское похмелье и считающим, что, разговаривая с людьми, он регрессирует… или деградирует… и что обычному американскому генералу лишь через несколько миллионов лет суждено стать «бабуином, или, может быть, резусом«…

Конечно, смешно. Куда уж смешнее.

Тогда, в детстве, я, конечно, чувствовал иронию, издевку, горечь, с которой неведомый мне американец Уормсер вкладывал в уста своего героя антигомосапиенсовские речи, и немного понимал, что именно он имеет в виду. Только меня все это не касалось. Уормсер смеялся, как казалось мне, над своими, над американцами, которые были из совсем другой половины мира. А я жил в самой счастливой стране, которую злые американцы уже успели обозвать “империей зла” (были, конечно, и хорошие, добрые, но злые, как нам объясняли, были главнее).

Однако спустя 25 лет оказалось, что невозможно смеяться, читая следующее: «Чтобы достигнуть обезьяньего состояния, надо всего лишь подумать, прежде чем что-то сделать, и особенно перед тем, как что-либо создать… Это не в людских привычках — сначала подумать, а потом сделать. Это даже небезопасно — за это могут уволить с работы, а безработные находятся на нижней ступени нашего общества.

Дети, думайте. Не создавайте скоростных автомобилей, пока не построите дорог для безопасной езды. Не выращивайте огромного количества пшеницы прежде, чем не будете уверены, что кто-то в ней нуждается…
Живите легче. Это так просто. Другими словами, не стремитесь к чему-либо, пока вы твердо не будете знать, к чему вы стремитесь».

Эти слова шимпанзе Пан Сатирус говорит в книге, обращаясь к человеческим детям: он искренне хочет верить, что хотя бы у них есть шанс. У взрослых такого шанса, по его мнению, нет: когда Сатирусу предлагают пост смотрителя обезьянника в зоопарке, где он родился, он отказывается.

“Только человек может согласиться работать тюремным надзирателем. В этом его отличие от низших животных«…

…Когда Пана запустили в космос повторно, он умудрился перевести свой челнок на другую орбиту и, летя в обратную сторону, к своему счастью, утратил способность говорить. То есть вернулся в нормальное, высокоцивилизованное состояние.

А нам-то, людям, что делать, спрашивается?

 

На иллюстрации — обложки первого американского, первого советского и первого (и, похоже, единственного) российского изданий книги. Фотографии автора в сети обнаружить не удалось.

Пер. с англ. Д. Жукова. М,: Терра-Книжный клуб (серия Terra Super), 2001.

 

 

От редакции Мэйдэй: подписывайтесь на нас пожалуйста, это очень важно для нас:

Телеграм: t.me/mayday_rocks

Яндекс Дзен: zen.yandex.ru/mayday.rocks

Фэйсбук: facebook.com/mayday.now

Твиттер: twitter.com/MaydayRRRocks