Доклад Маллера

Апрель 19, 2019 5:06 дп

Ирина Ткаченко

Те, кому интересен доклад Маллера, сегодня утонули в медийном потоке пересказов его позиций и выводов. Доклад выложен в публичный доступ в несколько редактированном виде. В нем вымараны те вещи, которые в соответствии с существующим законодательством не могут быть преданы гласности на сей момент.

Коротэнько:

Доклад собрал (в первом томе) историю того, что прокуроры считают вмешательством РФ в выборы 2016 года и примеры контактов лагеря Трампа с россиянами, которые изучены на предмет соответствия определению сговора.

Вторая часть доклада посвящена расследованию возможного противодействия Трампом следствию, то есть, сопротивления отправлению правосудия.

Первый том доклада стал детальным, но повтором известного: Маллер не считает собранный материал достаточным для того, чтобы утверждать, что контакты лагеря Трампа с россиянами во время предвыборной кампании могут быть квалифицированы как «преступный сговор».

Тут можно делать отступление о выборе слов: спецпрокурор оперирует юридическим термином conspiracy, а не collusion, которым обожает пользоваться Трамп — последнего просто нет в правовом словаре и американских законах как понятия. Но это мелочи.

Новость дня оказалась во второй части доклада, где спецпрокурор разбирает примеры поведения Трампа и его окружения с точки зрения сопротивления правосудию.

Как известно, генпрокурор Барр в своем 4-страничном резюме доклада, опубликованном ранее, однозначно заявил, что Маллер не нашел доказательств препятствования правосудию, Трамп чист. Эту свою позицию он повторил и сегодня утром, зачем-то собрав пресс-конференцию ДО публикации доклада Маллера (ну ок, не зачем-то, а для того, чтобы еще раз напомнить американцам, что в докладе ничего нет))

Это, как оказалось сегодня, гм, не совсем точное изложение написанного Маллером, а, скажем так, свободная интерпретация расследования. Или так: если генпрокурор как юрист «так видит» выводы следствия, то он не прав.

Я опускаю юридические обоснования Маллера следовать тем стандартам юридической практики, а не этим, они касаются чисто американских особенностей. Маллер пишет:

— Если бы мы были убеждены после тщательного изучения фактов, что президент определенно не препятствовал отправлению правосудия, мы бы и сделали такое заявление. Основываясь на фактах и соответствующих юридических стандартах, мы не в состоянии высказать такое суждение. Соответственно, хоть настоящий доклад и не делает заключения о том, что президент совершил преступление, он в то же время его не реабилитирует.

И еще:

Вывод о том, что конгресс может применить законы о препятствовании правосудию к морально запятнанному (в английском использовано слово corrupt) по характеру отправлению президентом своих обязанностей, находится в согласии с нашей конституционной системой сдержек и противовесов и с принципом, провозглашающим, что никто не может стоять выше закона.

Проще говоря, Маллер сказал: я свое дело сделал, вот вам вся собранная фактура по обструкции, но офис спецпрокурора по разным причинам не будет делать выводы в ту или другую сторону на основании этого материала. Такое решение — выносить обвинения президенту или нет — остается за Конгрессом.

Генпрокурор заявил, что, по его мнению, дело закрыто, все могут идти домой. Спецпрокурор же что дал понять, что действовать на основании второй части доклада предстоит американской законодательной власти.

Вопрос не закрыт. Дверь не закрыта. В двери щель. И из щели сквозит.

+++

За примерами возможной обструкции — сюда.

Loading...