ДИСПОЗИЦИЯ

604

Одиннадцать лет назад в Петербурге прошел первый «Марш несогласных». Тогда, несмотря на существенные идеологические и этические разногласия, красные, белые и полосатые стояли плечом к плечу, режим не был наркозависим от крови, удовлетворяясь воровством нефтедолларов, и бытовало поверье, что консюмеризм превратит электорат в человека. Тогда же активная часть населения если не вслух, то про себя повторяла: «Нам нужна другая Россия!» Сегодня Россия и вправду другая: государство, действуя от имени и за счет фонда будущих поколений, вышло на пик независимости от индивида, оно никому ничего не должно, притом что ему должны все.

А что с оппозицией? С момента инициации «болотного дела» стало понятно, что суммарный волевой импульс ширнармасс укладывается в промежуток между ртом и блином на лопате, а репрессивная машина достигла той стадии независимости, которая позволяет ей самостоятельно определять количество и качество жертвоприношений, перед оппозицией открылись четыре возможных стратегии: предательство, капитуляция, бегство и сопротивление. Рассмотрим последовательно.

Стратегия предательства. Штучные перебежчики (они называют себя улучшателями изнутри) существовали во все времена, однако самый широкий шаг в области коллективной измены собственным убеждениям сделали запрещенные другороссы-нацболы, позже к ним примкнули некоторые «левые». Наиболее непримиримые и преследуемые противники российского олигархического капитализма выбрали путь коллаборации, поддержав агрессию в отношении Украины, страны в которой только произошла народно-демократическая революция. В результате НБ-теория борьбы за свободу и справедливость выродилась в практику уголовных преступлений в отношении угнетаемых. Коллаборационисты нивелировались до роли наемников и мародеров. В качестве утешения самым ушлым из них позволено время от времени пускать ура-патриотические пузыри на российских телеканалах.

Капитуляция или отрицание. Стратегия, при которой человек снимает с себя ответственность за происходящее, а в качестве психологической защиты от соприкосновения с реальностью используется отрицание. Например, отрицание условий для положительных изменений, возможностей для противодействия репрессивной системе, отрицание существования оппозиции, вплоть до отрицания себя. Очевидными плюсами данной стратегии являются снижение эмоциональной нагрузки и облегчение принятия травмирующих ситуаций, скрытыми минусами – индивидуальная дисквалификация, превращение из субъекта истории в ее объект, гомогенизация с электоральной массой. Обратная метаморфоза возможна, но нужен «личный» пример, а точнее, много примеров.

Бегство или дистанционный протест. Выбор для людей во всех смыслах независимых и настроенных предельно решительно. Решимость обычно увеличивается по мере удаления от эпицентра событий, а уровень понимания обратно пропорционален решимости. Кому-то может показаться, что бегство есть разновидность капитуляции. Это не так. Адепты бегства регулярно пытаются взвалить на себя ношу исполнения штабных обязанностей, футуристических исследований и общего управления будущим.

Сопротивление злу – стратегия тех, кто строит мост между безнадежным «сегодня» и прекрасным «потом». Оно двух (дополняющих) видов: индивидуальное и групповое.

Индивидуальное состоит в следовании цивилизованным моральным и этическим нормам – порядочности, добросовестности, чести – в повседневности. В семье, на работе, в социуме. День за днем, год за годом. Личный пример – подвиг длиною в жизнь. Может быть, не в одну.

Коллективное. Сейчас – на пике реакции и тотальной дезориентации – можно говорить о сопротивлении малых групп. Но и малая группа, за счет взаимной поддержки и бескомпромиссного следования идеалам, может задать высокие стандарты жизни. Если не хватает духа на антивоенную, правозащитную деятельность, на участие в ГПЗ и поддержку в судах, подойдут и такие на первый взгляд «ботанские» виды деятельности, как краеведение, философия, языкознание, ЗОЖ и так далее…
В общем, подойдет все, что может сдвинуть общественное мнение в сторону человечности…