«Человек, никогда не видевший кредитной карточки и не умеющий водить машину…»

4451

Интересно, что до определённого возраста мы не знали что так быть не должно.
Что не должно?
Ну, сами знаете ЧТО: очереди на мебель, на телик, на холодильник, кинотеатры с плохим звуком, запрет на поездки заграницу (в кап страны только каждые 7 лет (!!!), и перед этим два раз в соц (обязанность).
Не дОлжно хранить банку с зеленым горошком и сгущёнкой до НГ (чтобы приготовить оливье и торт Прага), ну и многое другое.
Однако это всё казалось естественным.
Интересная вещь: мне тоже казалось (трудности, страна выбирается долго из нищеты, бла бла бла).
И лишь одного я не понимала: почему тиражи Ленина были до 3 млн и потом их тайно жгли в лесочке, а купить элементарного Хемингуэя — непосильная задача?
Сейчас я мало читаю (только о кино, его типа теорию, ФБ статьи, прессу, словари и пр), а тогда страстно хотелось, запоем, если что-то находила.
У меня есть странное соображение: поскольку матрица закладывается довольно рано в голове, то мы — многие из нас — очень традиционны — и именно потому что читали литературу 19 века, она была доступна.
В провинции сборник Высоцкого нельзя было купить. О всяких там Дос Пассосах я вообще молчу.
Человечество (ну, просвещённое которое) двигалось вперед, а мы продолжали читать — пусть и великих — русских классиков, не имея возможности хотя бы краем глаза узреть то, чем дышат ТАМ)
Другой вопрос, что ТАМ тоже далеко не всем нужен был Дос Пассос и иже с ним. Только, так сказать, «избранным».
И вот эти две культуры столкнулись: наша подпольная и ихняя открытая.
Выяснилось, что «ихние» интеллектуалы — ну не топ, а профессура, скажем, — разрабатывают одну тему: правда, глубоко. Требования высочайшие.
Наши (да тот же Бродский, знания которого, возможно, были нерегулярными, но догадки сродни божественным).
Два наших философа, ещё молодых, ездили туда на семинар и были несколько фраппированы тем, что российские исследования в этой области считаются экзотически-маргинальными.
— Но так и есть (сказала я, когда они были у меня в гостях).
— Отчасти (возразил мне один из них) Я туда и поехал, чтобы ..
— Легитимизировать? Получилось?
Он засмеялся (настоящий философ — всегда весёлый человек, я заметила).
Ладно, слишком долгий текст: резюмирую.
Только поймите меня верно: иногда закрытость культуры (но это тоже очень все относительно, понятно) порождает великие откровения.
Правда, не создает мейнстрима, питательной среды.
Мне иногда кажется, что Бродский потому был высокомерным, что не встретил там никого себе равного.
Человек, никогда не видевший кредитной карточки и не умеющий водить машину, без регулярного образования.
PS Только не пишите мне про дикость и прочее: я сама всё знаю.
Что не все тут Бродские и там не все тоскливые начётчики.
Все сложнее и тоньше, ха.