И никакого секрета

Пишут, не подтвердились слухи о запрете Эрмитажу продавать книги о продаже заграницу шедевров в двадцатые годы. Вообще-то эту историю с самого начала окружала секретность. Как-то Пиотровский рассказывал по радио, что в Эрмитаже запрещалось вычеркивать из каталогов вещи, которые проданы. Те самые, что давно выставлены в лучших музеях мира — от Лиссабона до Нью-Йорка. Тициан, Рембрандт, Рафаэль. В одной только прекрасной Национальной галерее в Вашингтоне висит 21 (!) шедевр из Ленинграда.

Но это все давно известно. А я хотел поделиться историей, слышанной мною много лет назад в серьезной искусствоведческой компании. Речь зашла об Арманде Хаммере. Как раз в ту пору он приезжал в Москву встретиться с Брежневым, как задолго до того был у Ленина, а после — у Горбачева.

Большой друг Советского Союза, в двадцатые годы он был посредником в продаже картин из Эрмитажа и получал за это солидные комиссионные. Но не только. Согласно рассказу немолодого искусствоведа, после очередной сделки его всегда спрашивали, как вас отблагодарить. Да что вы, отвечал тот, ничего не надо, разве что вот эту небольшую картинку, ну или ту вот. Надо ли говорить, что все это были творения великих мастеров? Ему обычно не отказывали.

Теперь, как говорится, об этом можно рассказать