Как-то незаметно прошел праздник 7 ноября. День рабочий, парад я просмотрела. Прочитала статью Максима Кантора, которая мне не понравилась. Вспомнила бабушку, которая родилась в семье зажиточного крестьянина в селе Красная Горка на Урале, и деда, родившегося в семье дворянской, но обнищавшей. Прадед имел красильню и мельницу, детей было семеро. Но бабушка вступила в партию. Почему, теперь я этого не узнаю. Возможно, девичье ее чутье подсказало ей, что это единственный способ защитить свою семью. Потом она сидела, как жена врага народа. Но освободилась. Долго была без работы, кормить двухлетнюю дочь было нечем, и она пошла к какому-то партийному руководителю на прием. Работу он ей нашел. Думаю, ей повезло с этим начальником. Видимо, он был человеком, а не партийной крысой.
Праздник всей семьей всегда отмечали на Бауманской, в старой большой квартире в доме на Спартаковской улице. Мы с мамой приезжали заранее. Мама пекла пироги, резала салаты, готовила курицу или утку с яблоками, заливное из севрюги, вечные яйца с красной икрой. Я просыпалась от дребезжания рам. По Спартаковской шли колонны рабочих, оркестр духовых инструментов, и вот этот оркестр всегда меня будил, заставляя вылезти из под одеяла, прижаться носом к холодному стеклу, чтобы увидеть то, что происходит на улице. Крыши трехэтажных домов скалились суфлерскими будками чердачных окошек, вороны важно расхаживали по толстым веткам старого тополя.
Все садились за стол за несколько минут до начала парада. Хрустальные бокалы, немецкий фарфор с дамами и кавалерами в атласных костюмах. Серебряная солонка на изогнутых бульдожьих ножках, которую теперь можно найти только на блошином рынке. И вечное недовольство деда, второго бабушкиного мужа, темнокожими гостями на трибунах мавзолея.
Днем, любимый с тех времен фильм «Офицеры» с Василием Лановым, полный своей правдой о революционной жизни, любви, братстве, настоящей мужской дружбе, героизме, о всем том, что сейчас редко увидишь на экране отечественного телевидения. Потом музицирование, и вечный «Сурок» Бетховена, и слезы, набегающие всякий раз, как дело доходило до «Кусочки хлеба нам дарят», потом, дуэт «Лизы и Полины» из Пиковой Дамы, и романсы Глинки. Вечером салют и гулянья в радостной толпе людей, наполненных гордостью за свою страну.
Сейчас ничего этого нет, главным образом потому, что каждый праздник — это всего лишь выходной день. Потому что напрочь утрачен ритуал праздника вообще, к которому готовились, стоя в очередях за праздничным заказом, где-нибудь на Кировской улице, кажется, в кулинарии столовой номер 7, со специальными талонами, и белая накрахмаленная скатерть, и праздничная посуда, и гвоздики, которые до сих пор трепетно перебирает в руках дядя Зю, на мой взгляд, не имеющий ничего общего с героями того жестокого, противоречивого времени. Еще, конечно поздравления, звонки в Ленинград, Норильск, родственникам и друзьям. Нет уже в живых бабушек, с которыми невозможно было спорить о правде и неправде прошлого нашей страны, так как то, что прожили они, нам и не снилось, а ранить, рассуждая о том, что не прожил, легче всего.
Квартира на Бауманской давно перестала быть тем местом, где собиралась вся семья, и туда невозможно попасть, даже просто для того, чтобы поймать чуть уловимый шлейф детства, честного, доброго, наполненного любовью и верой взрослым.
Неделю назад я забирала маму из санатория. Мама любит музыку, отлично знает мировую оперу, но я оперу в машине не слушаю. У меня кричит и плачет, разрывая сердце Зеппелин. Я решила познакомить маму с этой музыкой. И машина взорвалась Black Dog(ом). Мама спросила:» А кто это поет?» Я ответила. «А, я знаю, это такие мальчики, кажется английские!»- сказала мама. Я не стала ее разочаровывать возрастом мальчиков, потому что главное в том, что мама врубилась в эту музыку, так непохожую на ту, что она слушала в молодости, мама любит рок, и знает музыку Фредди Меркьюри. Мама, моя мама, поседевшая, но не утратившая своей красоты, которая и в ее возрасте заставляет людей обращать на себя внимание, сидела в машине и постукивала своей палочкой в такт музыке, и где-то на Gallows Pole, сказала: «Какая же у них музыка !» А я подумала о том, что многое из того, что она любит сейчас, тогда было под запретом, и молодость родителей, хотя и была по своему хороша, но жизнь в Советах, для большинства думающих людей была похожа на выступление Эдиты Пьехи, с трудом сдерживающей желание отпустить свою изящную фигурку в танец, во время исполнения песни про замечательного соседа.

 

 

От редакции Мэйдэй: подписывайтесь на нас пожалуйста, это очень важно для нас:

Телеграм: t.me/mayday_rocks

Яндекс Дзен: zen.yandex.ru/mayday.rocks

Фэйсбук: facebook.com/mayday.now

Твиттер: twitter.com/MaydayRRRocks