«А два еврея в тёмной прачечной пьют горькую без закуски…»

2899

Рождество

Нас пригласили в гости праздновать Рождество.

Взяли мы миску салата, бутылку вина и пошли, потому что Рождество для атеиста, если забыть про Христа, не сильно отличается от других праздников. То же 7-е ноября, только без демонстрации, что даже лучше.

Отдав хозяевам бутылку, мы ее сразу потеряли из виду, зато перед нами нарисовался печального вида человек в обнимку с Библией, который попросил минутку внимания, сообщил, что он из Кисловодска, и скажет несколько слов о том, что мы празднуем.

Занял он действительно минутку и еще минуток девятнадцать-двадцать. Говорил он про Рождество, в основном, видимо, то, чему учат только в Кисловодске, потому что больше я никогда нигде ничего подобного не слышала.

Закончив фразой «политическая ситуация перед рождением Христа была очень тяжелой, но он все-таки сделал правильный выбор и родился», человек прижал Библию покрепче к груди и сел на место.

Тут я поняла, что пора искать бутылку, но на середину комнаты вышла восьмилетняя дочь хозяев и начала читать стихи про Рождество. После строчек «мы Христа сегодня ждем, песни весело поем» я отправилась на кухню, но бутылку не нашла, зато наткнулась на хозяйку дома, которая велела мне идти назад в гостиную на распевание рождественских песен.

Я попыталась спрятаться в туалете, но там уже кто-то прятался. Проходя мимо книжного шкафа, я в отчаянии схватила с полки книгу и углубилась в чтение. Подошел хозяин дома.

— Читаешь? — печально спросил он.

— Читаю.

— Нравится?

— Очень!

В руках у меня оказался учебник химии для 8-го класса.

— Хочешь, про моль расскажу? — сказал хозяин.

— Про какую моль?

— Про моль вещества.

Похоже, он устал петь.

Я выслушала про моль и, как только стихло пение, рванулась к столу. Бутылки не было. Бутылок не было вообще. В стаканчики наливали компот из кувшина. Думаю, подобное потрясение испытал коллежский асессор Ковалев, не обнаружив на собственном лице носа.

— Нашей тоже нет, — тихо сказал мне в ухо Саша, приятель, который, кажется, и был тем, кто прятался в туалете во время пения. — Убрали.

С Сашей нас в этой компании объединяли три вещи: пятый пункт, сомнения в существовании Христа и желание выпить.

— Я уже в магазин хотел сгонять, а они говорят — нельзя, — добавил Саша.

Подошла хозяйка. Ей явно стало нас жаль.

— Ну что, вам без этого совсем никак? — шепотом спросила она.

— Никак! Нам — никак! — решительно сказал Саша.

— За мной, — шепнула хозяйка.

Она привела нас в тесный закуток, где стояла стиральная машина. В закуток нам занесли пол-литра водки в графине и две стопки.

— Но, — сказала хозяйка, — водку отсюда не выносить, никому про это не говорить, свет за собой каждый раз выключать. Чтобы больше никто не потянулся! А то знаю я их…

Вечеринка стала проходить веселее. Время от времени мы с Сашей отлучались в закуток со стиральной машиной. Свет решили не включать, чтобы не забыть выключить. Когда водка в графине подходила к концу, Саша сказал:

— Вот смотри. Православное Рождество. Светлый праздник. Все веселятся. А два еврея в темной прачечной пьют горькую без закуски. Знаешь, как это называется? Это называется — антисемитизм!
Я сказала:

— Попросим еще?

— Неудобно, — сказал Саша. Меня и так уже спрашивают, куда это мы с тобой все время ходим. Я говорю — молиться.

Мы вышли на свет. Празднование подходило к концу.

— Антисемитизм! — твердо повторил Саша.

— Вам не мало было? — участливо спросила хозяйка?

Я ответила:

— Ничего, мы дома добавим.

Она вежливо засмеялась, думая, что это шутка.

Мы шли назад, а в голове у меня крутилась фраза для застольной речи на Пасху: «Без тостА и Христа не снимешь с креста.» Все-таки с антисемитизмом надо бороться. Если, конечно, пригласят.

 

 

Ловитесь в наши сети:

Google Новости: Mayday

Телеграм: t.me/mayday_rocks

Яндекс Дзен: zen.yandex.ru/mayday.rocks

Фэйсбук: facebook.com/mayday.now

Твиттер: twitter.com/MaydayRRRocks

Загрузка...