27 сентября — День освобождения Сухума
26 сентября, 2026 8:33 дп
Мэйдэй
Аслан Кобахия:
С 26 на 27 сентября войска госсовета Грузии под покровом ночи вместе со значительной части грузинского населения спешно покинули город.
Об этом ещё ночью стало известно с разных разведисточников, но хотелось дождаться утра 27 сентября, чтобы окончательно в этом убедиться
Дальнейшее сопротивление было бессмысленно, ибо вся северо-западная часть города Сухум, после 12 дневных непрерывных боев перешла под контроль абхазской армии.
Грузинские войска настолько панически покидали город, что забыли предупредить оккупационное правительство о своём трусливо-бесславном бегстве.
Утром 27 сентября наши войска без особых усилии окончательно смяли заблудившие в городе силы врага и полностью взяли ситуацию под контроль.
Так закончилось освобождение столицы нашей Родины.
Знали, что врагу осталось мало времени ходить по нашей земле, но тогда ещё никто не знал, что буквально через три дня придёт Великая Победа, что Шеварднадзиевская клика так позорно будет бежать со священной земли Апсны!
Вечная Слава Гордому Народу!!!
Вечная Слава Войну-Победителю!!!
Вечная память всем бойцам, отдавшие свои жизни во имя будущего нашего народа!
Мы навеки признательны всем добровольцам, кто подставил братское плечо, делил с нами горечь и радость в эти тяжелейшие годы сопротивления!!!
С наступающим праздником, дорогие жители Сухума!
Шьардаамҭа Аԥсынра!!!
…
Batal Ko:
27 сентября 93 годав день освобождения Сухума, при осаде здания кабмина на главной площади, погибла от пули снайпера Марина Тания. В 2014 году мы установили на стене у входа институт, на бывшей улице Бараташвили, прямо на улице на месте гибели ее фотографию.
…
«Для кого-то война не начиналась никогда, для многих она еще не кончилась»
Ира Таркил. Её не стало среди нас. А завтра 27 сентября — день освобождения Сухума.
Сколько времени прошло после освобождения города Сухум? Мне кажется — вечность. Такое у меня ощущение. Сегодня мне хочется уже забыть о том, как я вошел в свой город, покинутый на год, показавшийся мне вечностью: опустошенный, издерганный, поруганный.
Как только мы освободили город, собрав наскоро девушек и ребят из медсанбата, мы решили уехать сразу же из него к Марине Тания. Ее убил снайпер за 15 минут до победы. Да, именно за три дня до полной победы. Но для меня именно этот день, 27 сентября, когда я вошел в город со слезами радости, ужаса и горя, и есть настоящий День Победы.
Шли последние бои. Снайперы, сидевшие в Доме правительства на площади, нещадно били из всех видов дальнобойных орудий по всем, кто сужал кольцо возле них. Машина, на которой я ехал, спускалась с ул. Миминошвили на ул. Бараташвили. Нам надо было ехать к зданию Совмина. Я увидел Иру Таркил. Она склонилась от пуль, которые рикошетом от бордюра у привокзальной площади, как искры, метались вокруг нее. Склонив голову на колени, она обнимала раненого.
Машину нашу обстреляли, оглушенные, мы были выброшены из нее взрывной волной. Едва придя в себя, я побежал к ней. Но не успел. На моих глазах раненого забрали бойцы на открытом виллисе и увезли вверх по улице, в сторону Михайловской.
— Ира, кто?
Ответ был короткий:
— Марина Тания.
Это была последняя боль, которую мы успели ощутить перед полным освобождением города. В сухих глазах — смертельная тоска и печаль. Мы разбежались. Надо было спешить к раненым.
Сегодня я услышал тяжелую новость. Мне позвонили и сообщили, что Ирина Кучкановна Таркил вчера скончалась в операционной в Москве. Тяжелая травма ноги, полученная в самом начале войны, неотступно все эти годы давала о себе знать. Но она никогда не жаловалась. Так и останется в памяти ее скромная, лучезарная улыбка.
Завтра, 27 сентября. Завтра ее привезут в Абхазию. 20 лет назад, 27 сентября, я последний раз во время войны видел ее, склоненную над умирающей подругой. Потом, через несколько дней, мы опять встретились. В Абхазии все еще дымились руины, но уже налаживался мир.
Завтра — день освобождения нашего города. Опять мы встретим этот день в печали. Ее похоронят в Дурипше, в том же селе, куда 20 лет назад она отправила в последний путь свою подругу. Больше не могу сегодня писать.
Ира была с нами с первых дней войны. Мы всегда были спокойны за бойцов, которых она сопровождала. Она была медсестра. Скромная, тихая, абсолютно бесстрашная. Ее не будет с нами в этот день. Травма, полученная во время войны, 20 лет назад, стала причиной ее ухода от нас всех. За заслуги в период войны она была удостоена звания кавалер ордена Леона.
Для кого-то война не начиналась никогда, для многих она еще не кончилась.
Мир тебе, Ира, на пути в вечность. Не оборачивайся к нам. Там тебя ждут самые лучшие. Наши друзья.
26 сентября 2013
Фото из архива Марины Барциц
За день до Дня Победы
Мэйдэй
Аслан Кобахия:
С 26 на 27 сентября войска госсовета Грузии под покровом ночи вместе со значительной части грузинского населения спешно покинули город.
Об этом ещё ночью стало известно с разных разведисточников, но хотелось дождаться утра 27 сентября, чтобы окончательно в этом убедиться
Дальнейшее сопротивление было бессмысленно, ибо вся северо-западная часть города Сухум, после 12 дневных непрерывных боев перешла под контроль абхазской армии.
Грузинские войска настолько панически покидали город, что забыли предупредить оккупационное правительство о своём трусливо-бесславном бегстве.
Утром 27 сентября наши войска без особых усилии окончательно смяли заблудившие в городе силы врага и полностью взяли ситуацию под контроль.
Так закончилось освобождение столицы нашей Родины.
Знали, что врагу осталось мало времени ходить по нашей земле, но тогда ещё никто не знал, что буквально через три дня придёт Великая Победа, что Шеварднадзиевская клика так позорно будет бежать со священной земли Апсны!
Вечная Слава Гордому Народу!!!
Вечная Слава Войну-Победителю!!!
Вечная память всем бойцам, отдавшие свои жизни во имя будущего нашего народа!
Мы навеки признательны всем добровольцам, кто подставил братское плечо, делил с нами горечь и радость в эти тяжелейшие годы сопротивления!!!
С наступающим праздником, дорогие жители Сухума!
Шьардаамҭа Аԥсынра!!!
…
Batal Ko:
27 сентября 93 годав день освобождения Сухума, при осаде здания кабмина на главной площади, погибла от пули снайпера Марина Тания. В 2014 году мы установили на стене у входа институт, на бывшей улице Бараташвили, прямо на улице на месте гибели ее фотографию.
…
«Для кого-то война не начиналась никогда, для многих она еще не кончилась»
Ира Таркил. Её не стало среди нас. А завтра 27 сентября — день освобождения Сухума.
Сколько времени прошло после освобождения города Сухум? Мне кажется — вечность. Такое у меня ощущение. Сегодня мне хочется уже забыть о том, как я вошел в свой город, покинутый на год, показавшийся мне вечностью: опустошенный, издерганный, поруганный.
Как только мы освободили город, собрав наскоро девушек и ребят из медсанбата, мы решили уехать сразу же из него к Марине Тания. Ее убил снайпер за 15 минут до победы. Да, именно за три дня до полной победы. Но для меня именно этот день, 27 сентября, когда я вошел в город со слезами радости, ужаса и горя, и есть настоящий День Победы.
Шли последние бои. Снайперы, сидевшие в Доме правительства на площади, нещадно били из всех видов дальнобойных орудий по всем, кто сужал кольцо возле них. Машина, на которой я ехал, спускалась с ул. Миминошвили на ул. Бараташвили. Нам надо было ехать к зданию Совмина. Я увидел Иру Таркил. Она склонилась от пуль, которые рикошетом от бордюра у привокзальной площади, как искры, метались вокруг нее. Склонив голову на колени, она обнимала раненого.
Машину нашу обстреляли, оглушенные, мы были выброшены из нее взрывной волной. Едва придя в себя, я побежал к ней. Но не успел. На моих глазах раненого забрали бойцы на открытом виллисе и увезли вверх по улице, в сторону Михайловской.
— Ира, кто?
Ответ был короткий:
— Марина Тания.
Это была последняя боль, которую мы успели ощутить перед полным освобождением города. В сухих глазах — смертельная тоска и печаль. Мы разбежались. Надо было спешить к раненым.
Сегодня я услышал тяжелую новость. Мне позвонили и сообщили, что Ирина Кучкановна Таркил вчера скончалась в операционной в Москве. Тяжелая травма ноги, полученная в самом начале войны, неотступно все эти годы давала о себе знать. Но она никогда не жаловалась. Так и останется в памяти ее скромная, лучезарная улыбка.
Завтра, 27 сентября. Завтра ее привезут в Абхазию. 20 лет назад, 27 сентября, я последний раз во время войны видел ее, склоненную над умирающей подругой. Потом, через несколько дней, мы опять встретились. В Абхазии все еще дымились руины, но уже налаживался мир.
Завтра — день освобождения нашего города. Опять мы встретим этот день в печали. Ее похоронят в Дурипше, в том же селе, куда 20 лет назад она отправила в последний путь свою подругу. Больше не могу сегодня писать.
Ира была с нами с первых дней войны. Мы всегда были спокойны за бойцов, которых она сопровождала. Она была медсестра. Скромная, тихая, абсолютно бесстрашная. Ее не будет с нами в этот день. Травма, полученная во время войны, 20 лет назад, стала причиной ее ухода от нас всех. За заслуги в период войны она была удостоена звания кавалер ордена Леона.
Для кого-то война не начиналась никогда, для многих она еще не кончилась.
Мир тебе, Ира, на пути в вечность. Не оборачивайся к нам. Там тебя ждут самые лучшие. Наши друзья.
26 сентября 2013